Книга Связи, страница 51 – Литтмегалина

Потом дорога резко свернула, и за поворотом он увидел дом. Стены были выкрашены темно-зеленой краской, а крышу покрывала желтая черепица. Там погибли его родители, оттуда Дьобулуса забрали сотрудники СЛ. Дьобулус постарался перенаправить мысли на текущие задачи, потушить навязчивое, болезненное чувство.

— Думаю, я нашел, – сообщил он Октавиусу. – Это не только место, где закончились мои отношения с родителями. Это еще и место, где начались мои отношения с ним.

— Наконец-то, – выдохнул Октавиус. – Я уже думал, мы проблуждаем до твоей младенческой родовой травмы.

Дьобулус поднялся на крыльцо и автоматически вытер ноги о яркий симпатичный коврик у двери. Его мать любила броские цвета и уютные мелочи. Он не мог вспомнить ее лицо, но хорошо помнил ее вещи (серьги, платья, горшки с цветами) и вкус еды, которую она готовила.

— Моя комната слева по коридору. Туда я войду. Но в комнату родителей заходить отказываюсь.

— Как пожелаешь. Все, что твое маленькое сердечко сможет выдержать. Пока нас не приперла острая необходимость.

Неужели эта комнатушка всегда была такой крошечной? На синем ковре с дельфинами лежала моделька самолета. Дьобулус помнил, как собирал ее. Потом она вдруг разлетелась на куски у него в руках. Он до сих пор помнил обжигающее ощущение трения, когда деревянные детали резко выхватило из пальцев. Затем стены просто разлетелись, как от взрыва. А дальше провал в памяти вплоть до момента, когда сотрудники СЛ нашли его. Родители пропали. Было несколько версий, что с ними случилось. Согласно любой из них, они погибли.

— Моя фотография, – Дьобулус развернул к себе фотографическую рамку на письменном столе. – Мне здесь лет десять. Совсем не похож на меня нынешнего. Вернее, я на него.

— Жизненные переживания влияют на внешность.

— Моя мама рядом… Я рад снова увидеть ее лицо. С другой стороны, даже спустя столько лет мне все еще больно смотреть на нее.

— Тогда отложи фотографию. У нас нет времени. Все это и так затянулось неприлично долго, – Октавиус не поддавался сантиментам. – Сейчас я хочу, чтобы ты взял карандаш или ручку – что найдешь. Затем осмотрись вокруг. В этой комнате я спрячу несколько карточек, на которых изображены простые символы и геометрические фигуры. Ты должен дополнить изображения тем, что придет в голову. Если голова пуста, просто брось карточку, переходи к следующей.

— Я не умею рисовать, – возразил Дьобулус, но тем не менее вытянул ящик письменного стола и достал из него карандаш.

— Я не жду от тебя работ на школьную выставку.

Дьобулус начал перебирать книги на стеллаже. На третьей ему повезло – из книги торчал квадратик картона. Что это на нем? Молния, напоминающая рваный порез. У Дьобулуса не возникло идеи, как он может дополнить символ, крайне сильный сам по себе, так что он бросил картонку.

Быстро двигаясь по комнате, он находил все новые карточки. Иногда они появлялись в местах, где он уже смотрел. Некоторые изображения он дополнял быстрыми росчерками, но в большинстве случае карточки летели на ковер в неизменном виде. Пространство вокруг темнело, будто покрываясь слоем пыли, потом начало блекнуть. Дьобулус успел схватить последнюю картинку, обнаружив ее на обороте рамки его с матерью фотографии, в момент, когда предметы вокруг него уже утратили четкость.