Онлайн книга «Синие цветы I: Анна»
|
— Поблагодарю топор, после того как зарублю тебя нахрен! Выродок! Урод! Крашеная потаскуха! — Какая же феерическая дура, и салюта не надо! – заорал Науэль. – Ты к парню своему рвалась? Да ему просто насрать на тебя вот такую кучу! Он бы и глазом не моргнул, если бы тебя тут драли все по очереди! — Неправда! Он меня любит! — Ах вот как, тогда я просто упустил момент, когда, бросившись на защиту, твой герой сбил меня одним мощным ударом! Джевел было нечего возразить, и она зашлась в рыданиях, даже не замечая, как мы волочем ее по лестнице, через пустырь, по улице к машине. Вспоминая свою первую неудачную любовь, я вполне сочувствовала девчонке, но от этого не считала ее поведением менее глупым. В трех километрах от города Джевел наконец престала реветь и снова накинулась на Науэля. Шипя, она склеивала все слова в одно длинное: — Выблядок-пидарасина-поганая-полстраны-переебало-и-ты-еще-смеешь-втирать-мне-мораль-тут! – и все в таком роде. Науэль терпел минут пять, вглядываясь в темнеющее шоссе перед собой, а потом вежливо предложил: — Заткни хлебало. — Да что ты знаешь о жизни?! – не унялась Джевел. – Кто ты? Просто шлюха! Кому ты будешь нужен, когда жопа от старости сморщится? Тебя никто не уважает! Ты неудачник! — Перестань визжать и выслушай меня. Сейчас тебе легко: уехать от матери, спутаться с каким-то мутным пацаном и его компанией. Сначала тебе будет весело, а потом все достанет, а еще немного позже ты обнаружишь, что в дерьме по самые уши, и тебе уже никогда не отмыться. Это страшное чувство, поверь мне. — Я люблю его! — Ага, типа раз и навсегда. — Я даже с ним трахалась! Науэль издал страдальческий стон. — Детка, это не связано. Если бы я всех любил, мне бы тысячи сердец не хватило. Скажи уж прямо: тебе хотелось поразвлечься, и он показался идеальным компаньоном для этого. — Ты не понимаешь! Ты бы пожил с моей матерью! Да она сама ханжа, и мне ничего нельзя! Заставляет меня ложиться спать в двенадцать вечера! Краситься не разрешает вообще! Выбрасывает мои сигареты, роется в моих вещах и все время расспрашивает-расспрашивает-расспрашивает! — Она о тебе беспокоится, тупица! Да я бы все отдал за мать, которой было бы до меня дело! За ту, которая хотя бы задавалась вопросом, где я и у кого сосу! — Твоя мама сейчас сходит с ума из-за тебя, Джевел, – осторожно вмешалась я. – Ты должна хотя бы позвонить ей и сказать, что с тобой все в порядке. — «Мама, я с этим психованным педиком из телевизора и его подружкой, которых преследуют бандиты, и со мной все в порядке», – передразнила Джевел. – Считаешь, это ее успокоит? — Может быть, ее успокоит хотя бы то, что он педик, – предположила я. — Какие же вы зануды! — О да, мы зануды, – Науэль со все большим раздражением постукивал пальцами по приборной доске. – Просыпаться в луже своей и чужой блевотины – вот это весело. Когда кто-то при тебе загнулся от передоза – вот что забавно. Когда ты готов за сотку трахнуться с любым – это настоящая жизнь. Когда очень хочется уколоться, но уже некуда, так засраны вены – тогда уже не скучно. И совсем круто, когда в твоем потасканном теле болит то одно, то другое, и ни одно обезболивающее на тебя не действует, потому ты гребаный наркоша! — Папаша, не будь пафосен, – плюнула Джевел. |