Книга Гнилое яблоко, страница 60 – Литтмегалина

Я начал раздеваться, двигаясь медленно, как оглушенный. Слова Миико все еще звучали в моей голове. Ужасно, невыносимо. Сняв ветровку и футболку, я комом бросил их к ногам. Безразлично расстегнул джинсы. Я не сомневался, что Отум наблюдает за мной.

— Чего уставился? – спросил я грубо.

— Он не сказал тебе, что видел? – спросил Отум. – Там, возле домов.

— Нет, – я вошел в воду – пусть она отвлечет меня от дурных мыслей. Вода была холодной до жути, но при Отуме я не посмел и вздрогнуть. – Думаешь, мне он расскажет то, чего тебе не рассказал?

— Кто знает. Ты его бывший друг, – ровно произнес Отум и снова принялся полоскать свою футболку.

Я осторожно брел по каменистому дну, пока вода не закрыла меня до груди. Тогда я оттолкнулся ногами и поплыл. Переместился на несколько метров и спокойно завис в толще воды.

— Ты хотел бы, чтобы я никогда не появлялся? – спросил с берега Отум.

— Да, – ответил я, но не был уверен уже ни в чем.

— Что Миико делает?

— Снова спит.

(он проваливается в бесконечный сон. Это ненормально. Что происходит с его головой, пока его тело неподвижно? И глазные яблоки все время движутся под веками, ни на секунду не получают покоя)

Я нырнул и, случайно глотнув воды, ощутил, как она холодом распространяется в животе. Вода была темной, непроглядной, как мрак, что заполонил голову Миико. Мне стало жутко, и я вынырнул, стряхнул с лица капли воды и вышел на берег.

Отум поднялся, выжимая футболку. Его тело было худым и длинным, но на предплечьях и бедрах проступали мышцы. Я видел его четко, будто вдруг обрел кошачье зрение. Я помнил, какой он сильный. Он сделал меня в два счета во время той драки. Я вспомнил его тело на своем и у меня сперло дыхание. Мой взгляд опустился на его член, светлеющий среди темных волос внизу белого живота. В этот момент я понял, что у меня стоит.

Я отвернулся и начал торопливо одеваться, вздрагивая от холода. Ткань липла к мокрому телу, и так быстро, как мне хотелось, одеться не удавалось. Отум шел ко мне – я не видел его, но чувствовал затылком, спиной и задом. И так же остро я ощущал, что в темноте мы одни. Я двигался все медленнее, затем совсем замер. Руки Отума скользнули в мои еще не застегнутые джинсы и погладили мой член.

— Хочешь? – спросил он. – У меня есть вазелин.

Я ничего не ответил, но и не попытался остановить его, когда он подтолкнул меня, заставляя лечь на склон. Едва ли я мог принять осознанное решение после всего произошедшего сегодня, в этом полумраке, рядом с Отумом, которого я не хотел ни знать, ни понимать, но к которому меня тянуло с ужасающей силой.

Отум спустил джинсы с моей задницы, задрал мою футболку и провел по моей мокрой спине ладонями. Затем он отстранился, и я почувствовал его скользкие от вазелина пальцы, прокладывающие путь. Сама идея проникновения меня несколько нервировала, да и Миико спал неподалеку и мог проснуться в любой момент. Все происходящее наждаком терло по моим нервам. Я захрипел.

— Трахни меня, черт, не тяни.

— Если ты так просишь…

— Оох, – выдохнул я, когда Отум вставил в меня свой член. Я почувствовал, что улыбаюсь, и в этот момент впервые осознал, что с самого начала хотел, чтобы он трахал меня. Я дрожал под ним, вцепившись в землю ногтями и пучками вырывая траву. Мне было больно, но и боль казалась приятной.