Книга Отпусти меня, страница 188 – Литтмегалина

— Хорошо постарался, Грустный.

Стажер обратил на него печальный, влажный взгляд тоскующей лани.

— Знаете, что… — начал он тихо, но решительно. — Там была не та ситуация, но сейчас, пока у меня есть минута, я скажу: мне не нравится, как вы меня называете. У меня есть имя. Шанти.

— Ах, Шанти, — губы Ясеня растянулись во внезапной улыбке. — Сколько ты уже стажируешься, Шанти?

— Три месяца.

— Давай мы пропустим оставшиеся девять. Загляни ко мне в понедельник. Подпишешь договор на трудоустройство. Я забираю тебя к нам в хирургическое отделение.

— Я всегда хотел в хирургическое отделение, — одобрительно кивнул Шанти.

Несмотря на сверкнувшие в улыбке зубы, его глаза смотрели все так же печально: грустная лань, тоскующая в лунном свете. Вероятно, порой их выражение все же соответствовало его эмоциональному состоянию — ведь даже сломанные часы дважды в сутки показывают правильное время. Но, судя по всему, нечасто.

* * *

Персонал больницы прекрасно справился в отсутствие Ясеня — что оказалось тем более неожиданным после идиотизма и безалаберности, продемонстрированных этими же людьми двумя неделями ранее. Вероятно, нытики, которые так страдали во время учений, сегодня пережили внезапное озарение, для чего это было нужно. Большая часть пострадавших была уже распределена, остальные находились в процессе распределения.

В операционном блоке Ясень и Надишь приняли душ и переоделись. Не все из поступивших были способны дождаться утра, некоторые требовали внимания прямо сейчас. В операционной было непривычно много людей за счет усиления из реанимационного отделения, и Надишь так и не решила, больше от этого пользы или же вреда. К тому времени она сама себе поражалась — ведь она так ничего и не съела за весь день, только пила воду, но до сих пор прекрасно держалась на чистом адреналине. И лишь когда Ясень сказал: «Достаточно», ее вдруг захлестнула невероятная, обратившая все тело в мятую тряпку усталость.

На выходе из операционного блока Надишь заметно пошатывало, и Ясень придержал ее за предплечье. За окнами посветлело, небо было прозрачно, тишь да гладь — машибаж решил устроить им передышку. Впрочем, вчера случилось столько бед, что на сегодня их просто не хватило. Пока ни один из пострадавших в теракте не умер на территории больницы. Надишь надеялась, что так оно и останется. Она насмотрелась на трупы на десять лет вперед.

— Езжай домой, — приказал Ясень, как только они оказались в уединении хирургического кабинета. — Я посплю пару часов, а потом продолжу оперировать. Медсестер у нас достаточно. Тебе надрываться необязательно.

— Ты же говоришь, что тебе неудобно работать без меня, — напомнила Надишь.

— Это так. Но у тебя изможденный вид. Выспись и отдохни хорошенько до понедельника. Силы тебе понадобятся.

Надишь предпочла бы остаться с Ясенем, притиснувшись к нему на узкой односпальной кровати в кабинете при ординаторской, но, учитывая, что после инцидента почти все врачи вышли на работу, у нее не было шанса покинуть кабинет незамеченной. Впрочем, она могла прикорнуть в медсестринской.

— Все же я хотела бы остаться и помочь тебе.

— Ты уже сделала все необходимое и даже больше. Ты молодец, — Ясень притянул ее к себе и обнял. Белая ткань его докторского халата соприкоснулась с голубой тканью униформы медсестры.