Книга Ассистентка для босса, страница 41 – Ева Чернова

Разворачиваюсь и смотрю на нее так, как бы смотрела на кучу мусора. Мне эта женщина максимально неприятна, и скрывать я это не намерена.

— Вот скажи честно, ты же сама того толстяка соблазнила? А потом передумала?! Да? — спрашивает она, хмурится и «разгоняется». — Конечно, он не красавчик, как наш Орлов. Вот и передумала...

— Что за ерунду вы говорите? Я никого не соблазняла. Он сам ко мне пристал. Вы же все видели.

— Ой, ну мне-то не ври, — противная Люда щурится и так на меня смотрит, будто раскусила.

Вот же змеюка. Гадина настоящая. Навыдумывала себе какого-то бреда и непонятно в чем меня обвиняет.

— Перестаньте так со мной разговаривать! Вы не имеете никакого права, — повышаю на нее голос и недовольно бросаю бумаги на стол.

— А ты еще и командовать мной будешь? А? Что, с Орловым вчера уехала, так думаешь, что теперь тебе все можно? Сука ты, Маркова.

— Да пошла ты! Дура долбанутая! — говорю ей, наплевав на субординацию и вообще на все.

— Да как ты? Ах же ты дрянь! — выкрикивает она.

Люда хватает чашку кофе, и тут я понимаю, что сейчас будет. Пытаюсь увернуться, отбежать и закрываюсь руками. Но кофейная волна все равно попадает мне точно на белую блузку. Она мокнет и темнеет, становится видно лифчик.

— Так тебе и надо, дрянь! Знай свое место!

— Ненормальная!

Хочется кинуться и выцарапать ей глаза. Но я не настолько дикая. А вот она... Такое ощущение, что точно сейчас кинется.

— Лазарева! Пиздец тебе! — на весь open space звучит громоподобный рык Орлова. Вздрагиваю не только я, но и эта тварь. Да и еще кто-то из трейдеров. — Быстро в кабинет, блядь! Ты, Маркова, тоже, — добавляет он более миролюбивым голосом.

— Иду-иду, — сразу заискивает эта змеюка.

Повезло ей, что не кинулась на меня. Уж я после испорченной блузки себя бы в обиду не дала. Подправила бы ее противное лицо коготками.

Вместе с Лазаревой мы входим в кабинет. Орлов полусидит на своем директорском столе и сверлит взглядом Люду. Мне только жестом приказывает закрыть дверь, что я и делаю.

— Сюда подошла, — холодно говорит Роман Сергеевич.

Люда делает к нему несколько шагов. Останавливается и ждет. Ничего не говорит, но по всему видно, что заискивать сейчас будет. Губы свои огромные еще облизывает, гадина такая.

— Хватит, больше ты моего члена не увидишь, — говорит Орлов со сталью в голосе.

Люда теряется. Хмурится.

Роман Сергеевич тем временем тянется к чашке. Тоже с кофе. Такое ощущение, что кофе в офисе «Орлов-капитал» стратегически важный ресурс.

Неужели он сейчас тоже обольет ее кофе? Так ей и надо, этой скользкой гадине. Но нет. Орлов такого себе не позволяет. Или?..

— Бери. И выливай на себя, — грубо говорит он, будто бьет каждым словом.

— Но... Но, Роман Сергеевич? — теряется Лазарева. — Может, я просто извинюсь перед ней?

— Извинишься. Обязательно. А сейчас лей кофе, не зли меня.

— Л-ладно...

Лазарева берет чашку кофе и выливает себе на грудь. После неловко закрывается руками и ждет, что будет дальше.

— А теперь извиняйся.

Лазарева оборачивается ко мне. Хмурится, щурится. Сквозь зубы, точно шипящая змея, с большим трудом выдавливает из себя:

— Ну извини...

Очень искренне. Очень верю. Перевожу взгляд на Романа Сергеевича, чтобы сказать, что не собираюсь ее прощать. Вдруг замечаю этот его особенный взгляд.