Книга Больше, чем люблю, страница 77 – Юлия Крымова

Хочется, чтобы он как-то дал понять, что это звонок ничего не значит. Но Тимур лишь прячет телефон в задний карман и, виновато взглянув сквозь меня, уходит обратно к Давиду.

Надо сделать пару глубоких вдохов, но не получается. Лёгкие сжаты в тиски. А горло словно сдавливают невидимые щупальцы: руки той самой Амиры.

Просто раньше она воспринималась мной как нечто вымышленное. Например, ты знаешь, что когда-то постареешь, но в двадцать это кажется таким далёким и неважным, что глупо интересоваться у подруг, к какому косметологу они ходят.

А сейчас, даже сквозь расстояние невеста Тимура обозначила своё присутствие. Она есть. Она реальна. Она ждёт его. Ей надоело прятаться в тени, и она хочет его внимания. То, которое ворую я.

— Ты сегодня какая-то молчаливая, — выдаёт свои наблюдения Тимур, когда они с Давидом заканчивают о чём-то спорить в кабинете и наконец-то появляются в гостиной. — Что-то случилось?

Невеста твоя случилась. Разве трудно догадаться?

— Никак не могу придумать, что подарю тебе на свадьбу, — привычно прячу обиду за слоем едкого сарказма.

Тимур улавливает посыл, но никак не комментирует. Видимо, мудрости у него в разы больше, чем у меня. Раз он решает не портить отведённое нам время ненужным выяснением отношений.

Остаток вечера как на автопилоте.

Провожаю гостей.

Иду в душ.

Минут двадцать пытаюсь расслабиться, стоя под волшебными струями воды. Они бережно стучат по коже, но нужного спокойствия не приносят.

На душе скребут не кошки, а настоящие тигры. Царапают острыми когтями то, что спрятано глубоко под рёбрами.

В голове, будто на повторе звучит «Амира». И это имя, подобно заклинанию, вытягивает из меня все силы.

Ложусь в пустую постель, прислушиваясь к шороху в квартире.

Тимур в кабинете, а я не рискую туда заходить.

Вдруг он сейчас разговаривает с ней. С будущей женой. Обсуждает банкетное меню или утверждает список гостей.

Становится так гадко, что хочется ещё раз сходить в душ и смыть с себя это ощущение ненужности и использованности.

Да, я была предупреждена обо всём заранее. Но разве можно подготовится к смерти, даже зная, что конец уже близко?

Вечность спустя Тимур всё-таки ложится рядом и притягивает к себе, но я притворяюсь спящей.

С трудом сдерживая слёзы, жду, когда рука, обнимающая меня, безвольно спадёт вниз.

Как только сильное тело расслабляется, а дыхание становится размеренным и убаюкивающим, я максимально беззвучно отрываю себя от мужчины мечты и, не оглядываясь, выхожу из комнаты.

Знаю, стоит посмотреть на него, и я не смогу уйти. Но надо поставить точку.

Не хочу ждать, когда Тимур поблагодарит за проведённое время и неумело намекнёт, что мне пора собираться домой.

Быстро побросав вещи в сумку, вывожу дрожащей рукой на первой попавшейся салфетке прощальное послание. Только слёзы, градом стекая на неё, заставляют слова танцевать и превращают их в кляксы.

«Спасибо за сказку! Пообещай, что будешь счастлив!». Клочок бумаги с парой предложений — всё что остаётся после меня в тёмной чужой квартире.

— Данечка, я не знала, что у нас поселились квартиранты, — мягко произносит бабушка, с интересом рассматривая жёлто-красных птиц.

Она обходит клетку с разных сторон, но тем двоим нет до неё никакого дела. Сидя плотно прижавшись друг к другу, они игнорируют нас. Ну прям настоящие неразлучники. По-другому и не скажешь.