Книга Курс по соблазнению. Секс против дружбы, страница 85 – Юлия Крымова

Мимо нас, будто фоновая реклама, мелькают лица прохожих.

Кто-то недовольно возмущается, что мы мешаем пройти. Кто-то, не стесняясь демонстративно задевает меня плечом.

Только я ничего не чувствую и никак не реагирую. Сжимаю в руках бутылку, пытаясь переварить услышанное.

Откровения Аверина обрушились на меня как снежная лавина. Сбили с ног и засыпали сверху.

Костя прав. Я была зациклена на своих проблемах, страхах и принимала его хорошее отношение как должное. Впервые столкнувшись с мужской заботой, я попросту пользовалась ею, ничего не давая взамен.

— Не плач, Ксень, — уже спокойно и со своим мягким привычным «Ксень» проводит большими пальцами по щекам.

Я и не заметила, что действительно умываюсь слезами, ведь всё это время стояла как истукан и ошарашенно смотрела на Аверина.

Прикрываю глаза, самостоятельно подставляя лицо навстречу его тёплым ладоням. Трусь, будто уличная кошка, которую впервые погладили и, кажется, даже не дышу.

Сейчас я успокоюсь и найду правильные слова, чтобы объясниться.

Сейчас… Только ещё немного впитаю в себя этой нежности. Такой значимой и неподдельной.

Сколько мы так стоим, сложно сказать. Я выпрашиваю нужную мне ласку, а Костя молча водит рукой по лицу. Гладит губы, скулы, глаза.

Нехотя разлепляю веки, когда прикосновения заканчиваются. И чудом удерживаюсь на ногах.

Я одна. Тротуар, который был полон народа, абсолютно пуст. А Костя уверенным шагом направляется к машине.

— Желаю семейного счастья, — последнее что он произносит, даже уже не глядя на меня. — Прости, что так и не смог стать для тебя больше, чем просто другом.

Весь масштаб трагедии я понимаю, когда машина Аверина скрывается из вида. Пластмассовая бутылка, которую я так отчаянно крутила в руках, выскальзывает на пол. Вода расплёскивается на раскалённый асфальт, а солёные слёзы — по моему лицу.

Как только до меня доходит смысл сказанного Костей, они начинают течь с новой силой. Сильнее. Буквально катятся градом. Правда, теперь их никто не утирает. И уже вряд ли когда-либо вытрет.

Я как-то добираюсь до дома. Что-то отвечаю Игорю, Никите. Готовлю ужин, сижу с ними за столом, но в голове раз за разом звучат Костины слова. Его тихий сдавленный голос.

Оказывается, всё это время я боялась не того, чего следовало бы. Я опасалась стать для него ненужной и неинтересной. Когда на деле мне нужно было бояться самой себя.

Вот он, мой главный страх. Сбылся. Костя ушёл. Но это я, а не Аверин, всё испортила. Я постоянно сомневалась. В себе. В нём. В нас. И только теперь поняла, что сомнения — блокираторы главных изменений в нашей жизни. Подобно злобному демону, они просыпаются, когда ты ближе всего подобрался к счастью. Нашёптывая, что у тебя ничего не выйдет, они отбирают возможность стать счастливым.

— Мам, а Костя завтра приедет? — негромко спрашивает сын, когда Игорь идёт мыться. — Папа сказал, что тот скейт, который мы с ним выбрали, нет смысла сейчас покупать, пока я не научусь. Надо брать что-то попроще и подешевле. Чтоб не жалко было. Но я не хочу другой.

— Нет, Никит, Костя больше не приедет, — беззвучно глотаю новую порцию соли.

— Совсем?

— Совсем.

Спасибо работающему экрану телевизора, что прячет мою плачущую физиономию.

— Это из-за того, что папа вернулся?