Книга Верить ли словам?, страница 72 – Юлия Крымова

— Слушай, не замечала за тобой любви к подобным масштабам, — шучу, обводя рукой пространство, в котором можно смело гулять кавказские свадьбы. — Кабинет шикарный. И такой огромный. По-моему, в психологии это указывает на какие-то комплексы.

— Я думаю, ты здесь, чтобы обсуждать не мои комплексы, а свои. Не так ли?

Вообще-то нет. Откровенничать со Зверевым я не планировала. Тогда как объяснить, что я усаживаюсь в мягкое удобное кресло, откидываю голову на большой подголовник и, словно на духу, выдаю:

— В последнее время мне снятся эротические сны. Главный герой в которых не мой муж.

Я действительно это сказала? Наверное, у Ромы в кабинете распыляется какой-то специальный газ, развязывающий язык. Или в этот ромашковый чай, что принесла секретарь, добавлена сыворотка правды?

— Так… Это кто-то конкретный? Ты знаешь этого человека?

— Да. Знаю.

— Вы часто пересекаетесь? Или просто виделись где-то?

— Мы вместе работаем.

Я силюсь поднять на Зверева глаза, но не могу. Стыдно, ужасно. Поэтому получается лишь рассматривать свой новый ярко-красный маникюр.

— Как близко вы общаетесь?

— Сейчас почти не пересекаемся.

— У вас что-то было? Секс?

— Нет.

— Но тебе бы хотелось?

— Нет. Нет! Господи! Я замужем. Как я могу хотеть секса с другим мужчиной?

— Шестьдесят процентов женщин представляют во время полового акта кого-то другого. Знаменитостей. Первую любовь. Симпатичного мужа подруги вместо собственного вечно нетрезвого супруга. Просто ответь не мне, а себе. Тут нет полиции нравов, Диана. И осуждать тебя никто не будет.

Закрываю глаза и отворачиваюсь.

Недавно, когда Сережа трахал меня в душе, я смотрела на его руку, что упиралась в серый гранитный камень чуть выше моей головы, и представляла, будто вместо светлых волосков на ней темные, густо покрывающие предплечья. Я представляла запах кедра. Представляла другого мужчину сзади и стонала так, как никогда прежде.

— Расскажи мне про него. Он оказывает тебе знаки внимания?

— Нет… Да… Я не знаю.

Оказывает?

— Он… совсем не такой, как мой муж. Внешне так точно полная противоположность. Рядом с ним очень спокойно. В хорошем смысле. Вот знаешь, когда приходишь домой после тяжелого дня, заваливаешься в постель и такое тебя чувство накрывает… Безоговорочного упоения. Кайфа от того, что наконец-то можно свернуться калачиком и прикрыть глаза.

— Так, а недостатки у твоего мистера Х есть?

Я молчу, задумавшись, а Рома начинает перечислять:

— Ругается матом? Излишне раздражителен? Может нагрубить на ровно месте совершенно незнакомым людям? Проявляет себя чересчур требовательным? Любит все контролировать?

— Нет.

— То есть недостатков у твоего мистера Х нет?

— Нет.

Я действительно не могу вспомнить, чтобы меня раздражало в поведении Марата. Наверное, я просто плохо его знаю. И Темиров, как и большинство земных мужчин, не опускает стульчак унитаза. Или совершенно не убирает за собой, разбрасывает, где попало носки. Или вечно бывает занят, когда он так нужен. Хотя …

— Что? — завожусь, глядя как Зверев ехидно улыбается.

— Что? Я молчу.

— Да, только твоя улыбка кричит громче тебя.

— Обычно лет в четырнадцать-пятнадцать человек впервые испытывает сильное романтическое влечение, сопровождающееся гормональными изменениями, идеализацией партнера, новизной ощущений и яркими эмоциями. Ты испытывала нечто подобное в школе?