Книга Верить ли словам?, страница 14 – Юлия Крымова

— Моющиеся панели, — поправляет Марат.

— Что? — не сразу понимает муж.

— Вместо штукатурки практичнее сделать моющиеся панели.

— Ну, хорошо. Пометим. Если удастся сэкономить на шумоизоляции, так и сделаем.

— У меня нет цели отмыть деньги, — категорично отзывается Марат, уже не глядя в экран. — Мне нужно здание, которое прослужит ни один год и экономить на материалах я не планирую.

На мгновение воцаряется тишина и в комнате будто даже жарче становится. Наш гость сцепляет руки в замок, укладывая их на стол. А Сергей тянется к своему бокалу, пытаясь перевести все в шутку.

— Вот это я понимаю, серьезный настрой. Тогда за это и выпьем!

Обычно у меня нет необходимости контролировать мужа и считать стаканы, но сейчас мне начинает казаться, что Серёжа — свадебный тамада, неудачно зашедший на детский утренник. Он явно перебрал с алкоголем и говорит все без разбора. Шутит неуместно и пошло.

Я кое-как стараюсь его поддержать и выдавливаю из себя улыбки, а Марат же и не пытается. Он внимательно рассматривает нашу гостиную, будто кресло — качалка или торшер в виде золотой пальмы с белыми перьями вместо листьев, для него в разы интереснее.

В момент, когда мы встречаемся с Маратом глазами, я жалею, что всё-таки собрала волосы в высокий хвост. И что я не могу так же спокойно, как и наша мебель, переносить его разглядывания.

— Мне хочется перед вами извиниться, — говорю, как только Сергей выходит покурить. — Вчера я была резка, хотя обычно…

— Не стоит ничего объяснять, Диана. Я не имею привычки обижаться на женщин. К тому же, ты не сказала ничего такого, за что следует так краснеть.

Киваю, понимая, что мои щеки действительно горят. Мне адски жарко и нервно. А еще каждое слово требует огромных усилий.

— Мы как-то неправильно начали, — он вдруг поддаётся вперед. — Марат. Темиров.

В воздухе появляется мужская рука, которую я машинально жму. Почему-то думается, что крупная ладонь могла бы сжать мою так, что она бы в миг посинела, но Марат аккуратно обхватывает пальцы своими.

— Привык представляться лично. И, кстати, ко мне можно на «ты».

Он говорит это с легкостью и на секунду мне чудится тень улыбки на его лице. Именно тень. Ведь ни вчера, ни сегодня Марат Темиров не улыбался в открытую. Даже, когда Сережа пытался вытащить из него эту чёртову улыбку клещами, он оставался серьезным и собранным.

— Хорошо, давай попробуем на «ты», — сдаюсь. — Я не против.

— Тогда, раз сегодня мне везет, рискну повторить предложение: Мы правда ищем психолога.

Марат не договаривает, но и так ясно, к чему он клонит.

— Боюсь, не такого, как я.

— Не такого, это какого? Не такого красивого?

Вот теперь он точно улыбается, но лишь одними глазами. Они сощурены и блестят слишком ярко. А еще лишают меня способности сказать что-то, за что опять придется извиняться.

Я нормально отношусь к комплиментам, правда, не в этот раз. Сейчас я чувствую, как краснеют не только мои щеки, но и кончики пальцев. Пульс разгоняется. Хотя я даже не уверена, был ли это действительно комплимент? Или очередной способ расшатать меня?

— Не с такой репутацией, — наконец сухо отрезаю и прячусь от его взгляда, отворачиваясь к окну.

— А что, если именно с такой?