Онлайн книга «Теорема страсти»
|
Он резко повернул голову направо и увидел, как у тела с накрытой простыней склонилась она. Его Виктория. Вика. Победа. Победушка. Вита. Тоша. Тошенька. Как только он ее не называл! Не узнать ее было невозможно. Да и обернулся он не для того, чтобы убедиться, что рядом она, в этом он ни на грамм не сомневался, а чтобы вновь насладиться ее присутствием. Такая же худенькая, копна русых прямых волос и тонкие пальцы, сжимающие грязную простынь. Насладиться картиной не получилось. Вика жалобно скулила, нагнувшись над телом, и что-то шептала. Андрей сделал шаг и встал за ее спиной. — Папочка! – зашептала Вика, заливаясь слезами. – Как же так? Как? Андрей сглотнул ком в горле, пытаясь унять нервную дрожь. Чем ближе Вика была, тем сильней его трясло. Ему не обязательно было ее видеть, чтобы чувствовать. Она была в нем, в его сердце, в его душе, она впиталась в кровь, текла по венам, стучала в сердце. Из той же комнаты напротив выскочил врач и крикнул: — Операционная готова? – и, выглянув в коридор, позвал и отругал санитаров, указав на тело, над которым склонилась Вика: – Зачем вы тут оставили? Увезите немедленно! Врач оттащил Викторию в сторону и что-то тихо объяснял. Андрей уловил только пару слов про сложную операция. Вика сняла с плеч небольшой рюкзачок и кинула на красный пластиковый стул, растерянно слушая доктора и кивая. Из этой же комнаты вывезли каталку с женщиной, явно без сознания. Ее лицо показалось знакомым Андрею, он даже смутился на секунду, пытаясь вспомнить, кому из тысячи лиц оно принадлежит, как Вика подбежала к ней и взяла за руку: — Мамочка, все будет хорошо, слышишь? Вика еще что-то говорила или просила, но Андрей не разобрал. Санитары увезли каталку, и Виктория, держась за железные поручни тележки, пошла с ними. Андрей сделал несколько шагов и присел на скамейку, опустив голову. На соседнем стуле лежал синий кожаный рюкзачок Виктории. Он протянул руку и погладил его. Рюкзак был наполовину расстегнут, и оттуда торчала расческа: небольшая, массажная, с пластиковой ручкой. Безумная мысль осенила его, и, пока разум не передумал, Андрей схватил расческу и засунул во внутренний карман пиджака. Пока он думал, дождаться ли Викторию и спросить, нужна ли ей его помощь, откуда ни возьмись возникла Олеся. Она растерла тушь по лицу, вытирая остатки слез, и, тихонько всхлипывая, произнесла: — Умер. Травмы, несовместимые с жизнью. Она резко схватила Андрея за рукав и повела к выходу: — Не могу тут больше находиться! – громко сообщила она и, когда они вышли на крыльцо, втянула носом прохладный ночной воздух. Андрей закрыл глаза. Он все еще пропускал через себя все то, что увидел минуту назад: Вику, ее пострадавшую в аварии мать, покойного отца. В этом приемном покое за пять минут он увидел и почувствовал столько боли, сколько никогда ранее не испытывал. И Вика… Его Вика… Только от ее имени, которое он повторял сейчас про себя, у него дрожали руки и подкашивались ноги. — Дай сигарету. Кажется, я сто лет не курила, – попросила Олеся, и плюхнулась на скамейку. Андрей вынырнул из страшных воспоминаний и бросил на девушку осуждающий взгляд. — Что? – огрызнулась Олеся. – Я, между прочим, мужа потеряла. И знаешь, кто в этом виноват? Мужчина криво улыбнулся: |