Книга Любовь-онлайн. Пилот для лучшей подруги, страница 54 – Лена Харт

В ушах шумит. Обрывки воспоминаний проносятся в голове: сообщения о детских страхах, о мечтах, о том, как страшно доверять людям после предательства. Всё это писала Карина? Холодная, неприступная Карина, от одного взгляда которой я терял голову?

— Почему? — Голос звучит чужим, надломленным. — Почему ты мне не сказала? На первом свидании, на втором… Мы встречались, разговаривали, а ты молчала!

— Потому что… — Полина поднимает на меня полные слёз глаза. — Потому что не почувствовала к тебе искры. А Карина убеждала, что нужно дать нам время, что чувства могут прийти постепенно.

Искры. Той самой искры, которую я отчаянно искал с ней на всех наших встречах, а находил только в сообщениях. В сообщениях от совершенно другого человека.

Отхожу к противоположной стене, опираюсь о кирпич спиной. Руки дрожат, то ли от шока, то ли от подступающей ярости.

— Значит, когда я рассказывал о войне, о том, что до сих пор просыпаюсь в холодном поту, — поворачиваюсь к ней, — это всё читала она?

— Да, — едва слышно.

— И о том, что не могу доверять женщинам после Стеши?

— Да.

— И о том, как тяжело было хоронить товарищей?

— Артём, пожалуйста…

— Отвечай! — взрываюсь я.

— Да! — кричит она сквозь слёзы. — Да, она всё знает! Каждое твоё слово, каждое откровение!

Ярость поднимается раскалённой волной, заливает сознание красным. Я раскрывал перед незнакомкой самые болезненные раны. Рассказывал то, о чём не говорил даже сёстрам. Доверил ей свою боль, свои страхи, а она играла со мной, как кукловод с марионеткой.

— Где она? — спрашиваю я, и голос звучит как лёд.

— Что?

— Где Карина? Сейчас!

Полина вздрагивает от моего тона, инстинктивно делает шаг назад.

— Дома, — шёпчет. — Артём, пожалуйста, не надо… Она не хотела причинить боль. Она просто…

— Просто что? — разворачиваюсь к ней всем телом. — Просто решила поиграть чужими чувствами? Просто подумала, что имеет право лезть в чужую жизнь и всё в ней переворачивать?

— Она хотела помочь! Мне и тебе!

— Помочь⁈ — Смех вырывается сам собой, но в нём нет ничего весёлого. — Она обманывала нас обеих! И меня, и тебя. Ты хоть понимаешь это?

Полина плачет теперь открыто, не пытаясь скрыть слёзы.

— Понимаю, — всхлипывает она. — И мне так стыдно… Так больно…

Стыдно. Мне тоже стыдно до дрожи в коленях. За то, что поверил. За то, что открылся. За то, что позволил сыграть на своих чувствах, как на музыкальном инструменте.

Иду к выходу, но у самой двери останавливаюсь:

— Знаешь что, Полина? В следующий раз, когда твоя лучшая подружка решит кому-то «помочь», передай ей: пусть со своей жизнью экспериментирует. А в чужую не лезет.

Выхожу, с силой хлопнув дверью. Звук разносится по тихому дворику, отдаётся в ушах. Где-то играет музыка, смеются люди — жизнь идёт своим чередом, не подозревая, что в одном маленьком дворике только что рухнул чей-то мир.

Добираюсь до машины на автопилоте. Сажусь за руль, завожу двигатель, но не трогаюсь с места. Руки лежат на руле, взгляд устремлён в никуда.

Карина. Всё это время я переписывался с Кариной.

Та женщина, от одного взгляда которой у меня учащался пульс, оказывается, ещё и понимает мою душу. Видит меня насквозь. Знает каждую мою слабость, каждый страх…

А я, как последний идиот, метался между двумя женщинами, не понимая, что передо мной один человек. Точнее, один настоящий, и его отражение в кривом зеркале.