Книга Любовь-онлайн. Пилот для лучшей подруги, страница 49 – Лена Харт

Выхожу из душа, и отражение в запотевшем зеркале выглядит как призрак. Обветренное лицо, тёмные круги под глазами, челюсть, сжатая до боли.

Я чудовище.

И самое ужасающее, что мне кажется, это меня устраивает. По крайней мере, чудовищем быть легче, чем признавать правду: я влюбился в женщину, которая никогда не будет моей, и готов разрушить жизнь невинным людям ради призрачного шанса быть рядом с ней.

Мне нужно. Отвлечься. Переключиться. Перестать думать о том, какой я мерзавец.

Быстро натягиваю джинсы и футболку, хватаю ключи от мотоцикла. Движение, скорость, ветер. Единственные вещи, которые способны заглушить голоса в голове.

По крайней мере, на время.

АРТЁМ

Неделя в режиме радиомолчания должна расставить всё по местам. Вместо этого сижу посреди своего идеального лофта и тупо пялюсь на треснувший экран телефона. Трещина появилась, когда я в очередном приступе ярости швырнул устройство об стену.

Полина. Карина. Два имени крутятся в голове, как осколки разбитого стекла.

Полина рассказывает мне о своих страхах, я делюсь тем, о чем никогда не говорил даже с самыми близкими. Каждое её сообщение как глоток воздуха после долгого погружения под воду.

А с Кариной… Чёрт, с Кариной у меня просто сносит крышу от одного взгляда. Достаточно увидеть, как она медленно облизывает губы, пробуя крем с ложки, и я готов снести всё на своем пути, лишь бы оказаться рядом с ней.

Резко встаю, хватаю телефон. Набираю Машин номер, пока не передумал.

— Можете приехать? — бросаю в трубку, когда она отвечает. — Обе. Срочно нужен совет.

— Артём? Что случилось? — В голосе младшей сестры мгновенно появляется тревога.

— Потом объясню. Просто приезжайте. Пожалуйста.

Брожу по квартире, как зверь в клетке. Панорамные окна, дизайнерская мебель, безупречный порядок выглядят как декорации к спектаклю, где я играю роль, которую ненавижу. Роль мужчины, который не может разобраться в собственных чувствах.

Звонок в дверь раздается через двадцать минут. Видимо, сестры ехали с нарушениями. Маша появляется на пороге с белым пакетом из знакомой кондитерской, и желудок предательски сжимается. Даже упоминание об этом месте выбивает из колеи.

Лера врывается следом, стягивая кожаную куртку на ходу.

— Ну, выкладывай, — бросает она, швыряя куртку на кресло. — У тебя такой вид, будто тебя только что поймали на серьёзном проступке.

Маша молча достает из пакета какие-то пирожные, расставляет на журнальном столике. Её движения плавные, успокаивающие. Она всегда так делает, когда понимает, что я схожу с ума.

— Помните ту историю с приложением? — начинаю я, чувствуя, как пересыхает во рту.

— Ещё бы, — кивает Маша.

— В общем, я познакомился там с Полиной, мы встречались несколько раз, и она познакомила меня с подругой… Кариной, они совладелицы кондитерской. — Замолкаю, ищу правильные слова. — Теперь у меня проблемы.

Лера поднимает бровь, усаживаясь на подлокотник дивана.

— Какого рода проблемы? Тебя выставили из кондитерки? Облили горячим кофе? Или ты наконец признался одной из них в чувствах и получил отказ?

— Я влюбился, — выпаливаю я. — В обеих. Одновременно. И не знаю, что с этим делать.

Повисает тишина. Лера медленно опускается на диван рядом с Машей. Та перестает колдовать над пирожными и внимательно смотрит на меня.