Книга Сводные. Том 1, страница 98 – Лена Харт

Поднявшись, он снова поворачивает моё лицо к себе и целует меня, а я тянусь к нему, нахожу его эрекцию сквозь джинсы и нежно тру её.

Он хватает меня за руку.

— Нет, Лис…

— Я никогда раньше не прикасалась к мужчине, но я хочу прикоснуться к тебе.

Он вздыхает, но отпускает меня, целуя глубоко и страстно, его язык зажигает каждый нерв моего тела. Он ласкает меня, исследуя каждую часть, до которой может дотянуться, а я таю в его руках, готова отдаться ему без остатка.

— Отведи меня в постель, — прошу я, и он снова притирается ко мне, а я обхватываю его шею сзади и прижимаюсь к нему всем телом, ощущая его тепло и близость.

— Отведи меня в постель и поцелуй на ночь.

— Да, — хрипло отвечает он, прижимая меня к раковине.

Моя голова кружится, глаза закрыты, и я слишком под кайфом, чтобы думать или беспокоиться о чём-то другом, кроме как о том, чтобы это продолжалось вечно.

Он снова накрывает мой рот, беру его руку, провожу ею по внутренней стороне своих трусиков. Но внезапно он разрывает поцелуй и отстраняется от меня.

— Блядь, перестань, — он отступает назад, тяжело дыша, и холод пронизывает мою кожу. — Нет, мы не можем.

Вздрагиваю, боль желания почти заставляет меня упасть на колени. Слёзы наворачиваются на глаза.

— Этого не должно было быть, — рычит он. — Я твой дядя. Я твой чёртов дядя.

— Ты никогда не был моим дядей, — выдавливаю я, поворачиваясь к нему. — Ты чужой человек, к которому меня отправили жить мои родители.

Его лицо покраснело, как и моё, на загорелых висках блестит пот.

— Ты — моя ответственность, — говорит он мне.

— Но это было хорошо.

Боль отражается в его глазах, я знаю, что он тоже это почувствовал.

— Сегодня вечером было хорошо, — говорит он, — но утром всё изменится.

Качаю головой, не обращая внимания. Мне всё равно.

— Я одинокий и эмоционально отсталый ребёнок, а ты — первая женщина, с которой я был рядом достаточно долго, чтобы сблизиться за последние двадцать лет.

Он встаёт прямо, проводит рукой по волосам.

— И ты всего лишь брошенная сирота в отчаянии, нуждающаяся во внимании. Вот и всё.

— В отчаянии… — смотрю на него, моё лицо искажается.

Нет.

Я не в отчаянии. У меня были возможности, но я никогда не хотела этого. До сих пор. Я выбрала другой путь.

Однако, он пристально смотрит на меня.

— Ты кричишь по ночам. Во сне. Ты никогда не делишься своими кошмарами. Ты убегаешь от этой жизни так быстро, как только можешь, и я не буду твоим наркотиком. Я возненавижу себя.

Я закусываю губу. Неужели он слышит меня по ночам?

— Это просто розыгрыш.

— Это неправда.

Качаю головой, услышав, как наверху хлопает дверь.

Он снова приближается на несколько сантиметров.

— Ты выбросила конфеты. Ты не принимаешь приглашения Егора на трассу, когда он идёт на тренировку. Ты не вступаешь в бой с Тимуром, когда он сражается с тобой. Ты по-прежнему редко присоединяешься к нам за едой или перед телевизором по вечерам.

Опускаю глаза и стискиваю зубы. Я потрясена. Почему он так говорит? Минуту назад всё было хорошо.

— Ты не смеешься, не играешь, не желаешь никого и не испытываешь к чему-либо страсти, — продолжает он. — У тебя нет ни хобби, ни интересов, ни парней дома… Никогда, я прав?

Отвожу взгляд, но он подходит и касается моего лица. Пытаюсь отступить, но он держит меня крепко, и я не могу сдержать слёзы. Они начинают течь.