Книга Сводные. Том 1, страница 32 – Лена Харт

Деньги никогда не имели для меня большого значения, потому что они всегда у меня были. Но сейчас я понимаю, что это может измениться. Если я не смогу платить за университет, это может стать серьёзной проблемой. Доверили ли мне мои родители моё будущее? Или они просто оставили меня на произвол судьбы? Я не знаю, могу ли я доверять этому парню, который держит моё будущее в своих руках.

Во всяком случае, в течение следующих десяти недель.

Аккуратно накрываю крышкой двигатель и включаю холодильник, наслаждаясь мягким урчанием. Прохладный воздух начинает заполнять его, и я облегченно выдыхаю.

— Ты это сделала? — слышу я голос Егора.

Поднимаю голову и вижу его стоящим у островка. Он без рубашки, весь в поту и слегка запыхавшийся. Егор смотрит на планшет, который я оставила на стойке, и видео на экране. Его взгляд останавливается на месте утечки, там теперь сухо.

— Хорошая работа, — говорит он, подходя ближе. — Мы собирались этим заняться.

Оборачиваюсь, но не могу не заметить, что на его теле нет ни одной татуировки. Не знаю, почему это сбивает меня с толку. Возможно, потому что у его отца они есть, и я просто ожидала увидеть их и на Егоре.

Пока я занимаюсь делами, перекладывая еду в холодильник, слышу, как снаружи работает какая-то машина. Должно быть, это Макс.

— Итак, когда тебе исполнится восемнадцать? — вдруг спрашивает Егор, прислонившись к островку и наблюдая за мной.

— Первого ноября, — отвечаю, не останавливаясь.

— Потом ты собираешься уехать?

Смотрю на него, пытаясь понять, что он имеет в виду. Мне не обязательно оставаться здесь даже сейчас, верно? Разве его отец не сказал ему по телефону, что дал мне выбор?

— Я бы ушёл, — говорит Егор. — В мгновение ока. Ты здесь, хотя тебе не обязательно здесь находиться. Я должен быть здесь, хоть и не хочу.

— Это место не хуже любого другого, — тихо отвечаю я, кладя приправы обратно на полку.

— Почему? — спрашивает он, глядя на меня. Его потные волосы падают на глаза, а кепка находится в руках. Он всё ещё выглядит немного озадаченным.

— Потому что ты все ещё ты, где бы ты ни был, — парирую, останавливаясь и глядя на него.

— На Камчатке столько же счастливых людей, сколько и в Париже, — объясняю, немного смеясь. — И столько же грустных.

— Да, ну, я лучше погрущу на где-нибудь за бугром, — фыркает он, улыбаясь.

Не могу сдержать смех и быстро отворачиваюсь, подавляя веселье. Но через мгновение он оказывается рядом со мной и ставит пиво и соус Хайнц на полку в двери.

Он смотрит на меня сверху вниз, и мой желудок сжимается.

— У тебя красивая улыбка, поэтому…, — говорит он, будто бы открывая для меня секрет. — Если ты останешься, я заставлю тебя улыбаться ещё чаще.

Ох, блин. Разве он не очарователен?

Стараюсь не обращать на него внимания и продолжаю возвращать всё в холодильник, даже не заботясь о том, чтобы как-то это организовано расставить. Он тихо смеётся и помогает мне — вместе мы справляемся за несколько минут.

Макс заходит и направляется к холодильнику, а я отхожу в сторону, пропуская его. Собираю инструменты и собираюсь уйти, чтобы вернуть их в сервис, но слышу грубый голос дяди:

— Где колбаса? — Он перебирает все полки, не находя ничего там, где оставил.

— На ней росла плесень, — говорю я. — Я выбросила её вместе с другими просроченными продуктами.