Книга После развода. Колкие грани счастья, страница 30 – Лана Полякова

На прощание Алевтина Борисовна, посмотрев на меня, остро проговорила:

— Помни, ещё ни одна женщина не пропала без мужчины. Свет клином на твоём бывшем не сошёлся, я точно знаю! Не сдавайся! Крепись. У тебя чудесный мальчик, и он достоин замечательной матери, которой он может гордиться.

Её чудный голос всё ещё звучал в моих ушах, когда Максим спросил:

— Мама, тебе заблокировать телефон отца, как я заблокировал его на своём аппарате?

— Да, родной, пожалуйста, – отозвалась я и похвалила своего мальчика.

Максим любит, когда его хвалят. Да и кто не любит?

Поздним вечером, когда сын уже спал, убаюканный деликатным урчанием рыжего мейкуна, я долго стояла у окна. Смотрела на светящуюся ленту шоссе, уходящую в тёмное небо, за горизонт, на отражающую огни города, воду водохранилища, на чернеющий лес вдали, на игру прожекторов где-то в Химках, и думала обо всём сразу.

О том, что у меня, как оказалось, была странная семейная жизнь. Я ведь большей частью придумала себе Вадима-мужа. Навесила ему качеств, которые восемнадцатилетняя дурочка считала мужественными. Разве реальный Вадим защищает свою семью? Или он готов ради сына сражаться с врагами? Разве он ради семьи зарабатывал свои деньги?

Мне сложно судить объективно. Это я понимаю. Я ведь не была в его шкуре…

Но, ради всего святого, разве можно так хладнокровно и безжалостно обкрадывать родственников, и обманывать жену? Так безбожно лишать собственного единственного сына? Ради чего тогда Вадим работает? Живёт?

Ещё вспоминала, что в детстве я ведь была бойкая и смелая девочка. Так отчего я так боюсь и пасую перед Вадимом?

Может быть, я придумала себе этот страх?

Негромкий звук входящего сообщения выудил меня из колодца собственных мыслей, и я взяла телефон в руки:

«У вас всё в порядке?» — Светилось в темноте сообщение от моего директора.

«Да, спасибо за беспокойство и за адвоката» — Ответила я ему.

«Всегда рад помочь. Обращайтесь без смущения!»

И ещё одно, через мгновение:

«Не помешаю? Перезвоню?»

И сорвавшееся от меня раньше, чем я успела подумать: «Да!»

Утром вчерашние страхи уже не казались такими ужасными.

Вечерний разговор с Андреем Александровичем придал мне уверенности и сил. И настроение было приподнятым.

Я проснулась ранним утром. По многолетней привычке, выработанной за долгие годы брака, я всегда просыпалась раньше всех. И первые, самые сладкие мгновения после сна, эта тёплая нега ещё не загруженного дневными заботами сознания – моё время. Время принятия себя и острой радости бытия. Чуда жизни на земле. После, суетным днём и усталостью вечера, это чувство уходит, замыливается обыденностью. Но утро – гимн счастью просто жить и дышать на этой земле!

Окна спальни выходили, судя по всему, на юго-запад и восход мне не увидеть. И даже намёка не него. Но предчувствие, но осознание того, что я вчера пережила самую длинную ночь в году, наполняло сердце лёгким ветром перемен.

Максим выполз на кухню, когда мы со Степаном Семёновичем уже позавтракали.

Такой сонный и сладкий мой выросший мальчик, потягиваясь, зацепил со стола сырник и плюхнулся на стул.

— Мам, у нас контрольные сейчас идут по всем предметам, – проговорил он с полным ртом и, схватив следующий сырник, пробухтел, — потом замучаешься их переписывать. Я из школы без тебя не выйду! Или выскочу за территорию через дырку в заборе. А представить, как папа за мной гонится по улице, я не могу при всём желании…