Книга По кругу на вписке, страница 56 – Эмилия Дарк

— Ты ко мне, давай заходи, — проговорил он, и по голосу я поняла, что ему далеко за сорок или даже пятьдесят лет.

Я вошла в дом, пол в котором скрипел от каждого моего шага, а за мной шел этот незнакомец, громко дыша в мою спину. Я пыталась понять, почему он инвалид, но пока не видела причин для того, чтобы считать его человеком с ограниченными физическими возможностями.

— Куда идти? — спросила, остановившись и пытаясь разобраться в каком направлении двигаться при свете тусклой, висевшей под потолком лампочки.

— Чеши вперед, — грубо сказал он и толкнул меня в спину. Я едва удержалась на ногах, которые были по щиколотку покрыты подсыхающей грязью, а потом, вытянув вперед руки, пошла вперед, судорожно пытаясь разобраться, что болтается у меня под ногами.

Передо мной появилась проем, который был завешан какой-то тряпкой. Мужские руки резко распахнули тряпку передо мной, и я увидела маленькую комнату, в которой ужасно воняло какими-то лекарствами.

Мужчина в белой майке обогнал меня и остановился напротив, заставив притормозить и меня. Я пыталась осмотреться по сторонам, но он будто специально встал так, что закрыл мне обзор.

— Ты это, давай не глазей! — громко сказал он. — Ты пришла не для этого. Давай скидывай свои тряпки и ныряй в койку.

— В какую койку? — спросила я вмиг севшим голосом. Неужели мне придется спать с этим неприятно пахнущим и, кажется, нетрезвым здоровым амбалом? Он не был похож на инвалида, нуждающегося в ласке.

— В ту, что у меня за спиной, — он нахмурился и повел головой в направлении чего-то, находящегося позади, — Давай без разговоров. Сделала дело — и вали отсюда.

Он отошел в сторону, и я увидела «койку», в которую мне надо было нырнуть. Это была обычная панцирная кровать, покрытая белым одеялом, под которым кто-то уже лежал.

— А кто там? — спросила я, пытаясь в тусклом свете разобрать, что за предмет или человек находится там, где мне предстояло работать.

— Там Алешка. Это брат мой.

— А Алешка говорить может? — спросила я, понимая, что задаю априори риторический вопрос.

Мужчина напрягся, было видно, что ему не нравятся мои вопросы, и вообще, звучать они не должны. Но я хотела разобраться в том, что меня ждет, чтобы избавить свой организм от лишних потрясений.

— Слышь, — грубо сказал брат некоего Алешки, которого я пока не могла толком разглядеть, — Ты что такая любопытная. Не боишься, что нос тебе оторву, как Варе на базаре?

Я почувствовала, как начинается дрожь, которая пронзала мое тело вместе со страхом и отвращением ко всему происходящему. Судя по всему, Алеша был инвалидом, который не то, что двигаться, не мог говорить. И это было по-настоящему страшно.

Амбал отошел, дав мне возможность подойти к кровати. На ней лежало какое-то едва заметное тельце, покрытое одеялом по самый подбородок. Я увидела худое и бессмысленное лицо своего клиента, который смотрел на меня осознанно и напугано.

— Вы уверены, что ему хочется того, для чего я сюда приехала? — робко спросила я у мужчины, стоявшего у меня за спиной и громко и часто дышавшего.

— Ты задолбала своими вопросами! — рявкнул он и, потянув за ворот моей толстовки, резко рванул, от чего я непроизвольно полетела назад. Он вытряс меня из моей одежды, оставив в одной легкой юбке и лифчике.