Книга Пленница для анальных оргий, страница 63 – Эмилия Дарк

И в этом моменте, когда я прижимала своего младенца к себе, я осознала, что решение отдать его другим — это действительно нелегкий выбор.

Три месяца были наполнены одновременно страхом и любовью. А потом пришло время прощаться. Несколько дней я ревела. Мне не верилось, что разлука уже близка. Я бы могла унижаться и умолять, чтобы мне позволили остаться в этом доме, но ведь меня бы никто даже слушать не стал.

— Прощайся, у тебя час, — сказал однажды Матвей, — А потом с вещами на выход, тебя отвезут в аэропорт.

— Уже? — засуетилась я. — Можно мне хотя бы фото сделать на память?

У меня внутри все оборвалось, неужели я больше никогда не увижу моего малыша, которого я про себя уже успела назвать Пашей…

В тот момент, когда я села в машину, чтобы ехать в аэропорт, мне сразу же завязали глаза какой-то тряпкой. А на голову надели что-то, похожее на черный пакет для мусора.

— Это еще зачем? — занервничала я, но Матвей мне сказал, чтобы я не переживала, так надо, чтобы я не запомнила дорогу до этого дома.

Я так поняла, хозяин боится, что я найду когда-нибудь своего сына, а так он перестраховывается… Черт, да я ведь даже не знаю, в каком я городе нахожусь… Только сейчас поняла, почему у меня в комнате были настоенны только русские каналы… А когда я выходила в город, мы ездили всегда только в одни и те же места, причем очень и очень далеко от дома… И каждый раз меня вывозили в фургоне без окон. Черт, они все продумали! Я снова ощущала себя идиоткой. Самой наивной, которую только можно было найти!

Мы ехали в аэропорт, и путь следования я не видела. В какой-то момент я даже думала, уже не везут ли меня убивать, слишком уж долго мы ехали.

Когда машина остановилась, я облегченно вздохнула. Наконец-то! Скоро я буду дома, обниму маму и забуду все, что было тут, как дивный сон. А может быть, когда-нибудь увижу моего сына по телевизору и узнаю его… Буду смотреть европейские новости и увижу… Он наверняка будет похож на меня. Мое сердце подскажет мне, что это он.

Я ждала, когда с меня снимут повязку и позволят выйти из машины, а потом почувствовала какой-то сладковатый запах, наполняющий мои ноздри. Я начала проваливаться в сон, а очнулась уже прикованная к какому-то кресту. Ничего не понимая, я смотрела на какого-то мужчину, стоящего передо мной. У него в руках была плеть, прямо такая же, как в фильмах про дикий запад.

Я хотела было что-то сказать, но ощутила, что мой рот онемел.

«Это еще, черт, что такое??? У меня кляп во рту? Они меня связали? Что вообще происходит? Они хотят меня убить?..» — но не успела я закончить мысль, как получила дико болезненный удар по животу плетью и замычала на всю комнату. Я на это не подписывалась, черт бы их побрал!

Я не понимала, что я тут делаю, почему меня так жестоко бьют, почему связали. Одно я понимала, что меня хотят убить. У меня не было толком времени, чтобы анализировать ситуацию. И я могла бы сразу понять, если меня не убили до сих пор, то значит, это все неспроста, им что-то от меня нужно…

Громко взвыв от очередного удара, я хотела хоть как-то пошевелить конечностями, но, сделав попытку, сразу пожалела. Та боль, которая не ощущалась ранее, дала о себе знать и, запрокинув голову, я громко провыла. Мужчина видимо решил сжалиться, наблюдая столь жалобное мычание, и вытащил из меня кляп. Я шумно выдохнула, разминая рот, который немного затек.