Книга Горячая штучка, страница 35 – Эмилия Дарк

Быстро и стремительно годы пролетели, а жизнь не оставила ничего за собой, кроме впечатлений. Я вспомнила маленького Матвея, и мне стало так жаль, что в таком возрасте он пережил море скандалов и побоев. Похороны родного сына и его застывшее бледное лицо в могиле. Измены, секс, кучу мужчин, швыряющих в меня деньги. И мой образ, словно со стороны… Этакая горячая штучка, соблазнительная жгучая красотка, имеющая за плечами опыт…

Я летела и думала, как же быстро я потеряла все, что имела. Будто все кануло в эту пропасть и оставило лишь следы печали и воспоминаний. Неужели все этим кончится? Я так и останусь одна в конце жизни. Старая неспособная ни на что проститутка… А что будет в конце? Я не смогу вечно зарабатывать сексом. Стану бездомной и буду просить милостыню? Мысли не покидали меня. Вся жизнь проносилась фильмом в голове, заканчивая каждый эпизод одним и тем же вопросом: а что в конце?

Я прилетела на конечную остановку, а там ждала Агун, раскрывая свои ручонки, будто хочет поймать меня. А, может, в конце жизни меня ждет она?

Андрей с улыбкой встречал меня, будто это он, а не я летел и видел всю красоту вокруг. Я подошла к ним, и на этом наш тур закончился.

Мы изнуренные и голодные тряслись снова в маршрутке. Вечер отдавал в небо красными бликами, а мы, купив по дороге арбузный смузи, плелись уставшие к кафе.

Острая жирная пицца, быстро наполнила наши желудки. Мне так не хотелось возвращать девочку обратно провести с ней хотя бы еще немного времени. Скоро мы уезжаем, и все закончится и вернется в старое русло.

— Ну что? Поедем отдавать Агун обратно?

— Да, пора уже. Но завтра же мы снова ее заберем?

— Как пожелаешь, только не знаю, как ей об этом сказать.

Мы приехали к нужному месту и повели Агун в здание. Нас встретила женщина, обрадовалась девочке и начала ей что-то говорить. Мы объяснили ей с помощью, что завтра хотим забрать и еще погулять с девочкой, и милая женщина объяснила все малышке. Но Агун заплакала и начала тянуть ручки ко мне. Я обнимала ее и говорила, что завтра мы вернемся, но она не слушала. Женщина потащила ее в комнату, а мы направились к машине.

Мне самой не хотелось расставаться с ней. Меня тянуло обратно, будто магнитом, и мысль о проведенном времени без нее сильно расстраивала. Машина проехала несколько метров, и сзади вдали раздался крик. Я обернулась и увидела мою девочку. Она в слезах, опухшая, бежала за машиной, кричала, спотыкалась, вставала и снова пыталась нагнать нас, а за ней спешила запыхавшаяся работница детского дома.

— Остановите машину! — Выпалила я. — Остановите!

Я открыла дверь и побежала навстречу. От увиденной картины слезы на моем лице полились ручьями. Всхлипывая, я побежала навстречу и подхватила девочку на руки.

Прижав ее к сердцу, мне казалось, что больше я ее никогда не отпущу. Она только моя, и никто не сможет отобрать: ни работники детдома, ни бедные улицы Таиланда. Мы стояли, обнимались и плакали. Будто две родные души обрели друг друга спустя столько времени. Я не знала, что делать. Как мне остаться с ней. Как быть дальше. Но одно я знала точно — я ее не оставлю больше никогда.

Тропический ливень омывал наши красные щеки, а Андрей обнимал нас так, будто мы все семья и так было всегда. Но сегодня придется оставить Агун здесь, пока я с точностью не продумаю, что будет дальше. И на этот план есть одна ночь, не больше. Я передала Агун в руки не понимающей женщины, села в машину и закричала, закрывая руками уши, чтобы не слышать и дальше ее раздирающего плача.