Онлайн книга «Истинная игрушка для Альф»
|
17 глава Тронный зал еще полон отголосков нашего разговора, а внутри меня уже разгорается теплая, дрожащая надежда. Мирейн только что сказала им правду — что я настоящая, что я жива, что моя душа заперта в этой оболочке. Найтин и Дэйер стоят рядом со мной, их тела напряжены, дыхание чуть сбившееся. Я чувствую их — каждую волну удивления, каждую искру решимости. Они знают. Наконец-то знают. И эта мысль наполняет меня такой нежностью и страхом одновременно, что хочется заплакать от облегчения. Но вдруг Мирейн замирает. Ее карие глаза слегка расширяются, а рука, которую она держала на моей, едва заметно сжимается. Я ощущаю это через нее — легкий холодок, который пробегает по нашей ментальной связи, словно кто-то провел ледяным пальцем по позвоночнику. «Лера… подожди, — звучит ее голос прямо у меня в голове, мягкий, но настороженный. — Кто-то здесь. За той массивной колонной слева. Элиза. Она подслушивала весь разговор». Мое сердце внутри сжимается так сильно, что кажется, оно вот-вот остановится. Я не могу повернуть голову, тело по-прежнему стоит неподвижно, руки сложены перед собой, взгляд направлен вперед. Но через Мирейн я вижу все, будто смотрю ее глазами. Элиза прячется в тени колонны — высокая, темноволосая, в темном плаще и за охраной. Ее лицо искажено яростью: губы плотно сжаты, глаза горят злым огнем, щеки пылают. Она слышала каждое слово. Каждое. «Настоящая? Истинная пара?» — шепчет она про себя, и я улавливаю эти слова через Мирейн, словно они эхом отдаются в моей собственной голове. Ее пальцы сжимаются в кулаки так сильно, что костяшки белеют. Я чувствую ее ненависть — горячую, тяжелую, почти осязаемую. Она смотрит на меня, на мою неподвижную фигуру, и в ее взгляде нет ничего, кроме желания уничтожить. План созревает в ее голове мгновенно, я ощущаю его, как яд, который растекается по венам. «Если эта кукла настоящая… если она их истинная… нужно уничтожить ее. Без нее они потеряют право на трон. Я заберу все назад. Все, что они мне обещали». Страх накатывает на меня волной, такой густой и холодной, что внутри все леденеет. Я кричу мысленно, отчаянно: «Мирейн… она хочет меня убить… она не остановится…» Но тело остается спокойным, дыхание ровным, лицо безмятежным. Только душа моя дрожит, прижимаясь к этой новой, хрупкой надежде, которую только что подарили братья и Мирейн. Элиза делает бесшумно шаг назад. Ее плащ шелестит едва слышно по полу, и она тихо ускользает из зала через боковой проход, растворяясь в полумраке коридора. Никто из братьев не заметил. Найтин и Дэйер все еще смотрят на Мирейн, ждут продолжения разговора. Кайен и Эллар тоже стоят спокойно, но я чувствую, как Мирейн передает им мысленный сигнал — короткий, тревожный. «Она ушла, — шепчет Мирейн мне в голову, и в ее голосе звучит твердая уверенность. — Но она опасна, Лера. Мы будем осторожны. Я расскажу им позже, когда будем одни. Ты не одна. Теперь ты не одна». Надежда, которую я только что обрела, теперь смешана с острым, жгучим страхом. Элиза знает правду. И она не остановится, пока не уничтожит эту «куклу», которая отняла у нее все… Мы покидаем тронный зал, и я чувствую, как напряжение не отпускает никого из нас. Найтин и Дэйер идут по обе стороны от меня, их шаги уверенные, но я ощущаю в них ту же дрожь, что и во мне. Мирейн с Кайеном и Элларом следуют следом. Нас ведут в небольшую приватную комнату в глубине дворца — уютную, почти домашнюю по сравнению с огромным залом. Здесь мягкий свет льется от настенных линий, тяжелые шторы приглушают внешний мир, а в воздухе витает легкий аромат трав и теплого дерева. В центре стоит низкий диван, окруженный креслами, и большой стол, на котором уже расставлены графины с водой и фруктами. |