Книга Алчные души, страница 86 – Вячеслав Ипатов

На этих словах речь Аместрикса завершилась, знаменуя начало ритуала.

В одно мгновение все начертанные руны активировались, осветив пространство ровным белым светом. В этом сиянии друиды и фейри затянули долгий речитатив заклинания, щедро пропуская через себя магию. Глэд почувствовал, как все его естество задрожало, наполняясь энергией, как мана заполнила каждую клеточку тела, каждый сосуд, вызывая ощущение, будто тело сжигает огонь. Постепенно затуманивающееся сознание отчетливо закричало об опасности, однако в этот момент сид был беспомощен словно младенец.

Глэд увидел, над собой друида. Тот опустился на колени, а затем воздел над головой руку, с зажатым в ней кинжалом. В иное время эта картина могла бы вызвать у сида ужас, но сейчас он взирал на происходящее с отстраненным безразличием. Разум утопающий в волнах энергии, не мог породить ни единой мысли. Глэд так и не очнулся до тех самых пор, как рука друида резко опустилась, всаживая кинжал в сердце жертвы.

В следующий миг угол обзора сида странным образом сместился. Глэд увидел лицо фейри, с черными волосами, оленьими ушами и тонкими рожками, выглядывающими из-под шевелюры. На неестественно бледной коже четко выделялись желтые глаза с вертикальными зрачками. Его собственные глаза. Едва успев осознать этот факт, Глэд почувствовал мощную силу, ухватившую его суть, сознание, душу. Эта волна подхватила сида и вышвырнула за пределы известного мира. В непроглядную бездну. Та же судьба постигла и всех остальных участников ритуала.

Глэд очнулся от знакомого чувства — кипения в своем теле энергии Хаоса. Разум пребывал в смятении и не мог осознать ни факт проведенного ритуала, ни наличия рядом людей и фейри. Мысли казались очень тягучими, медленными. Желание двигаться и просто думать полностью отсутствовало. Однако привычка, вбитая до уровня инстинкта, заставила сида скосить глаза на свое тело и то, что он там увидел, мгновенно согнало с сознания туман.

Его плечи и грудь покрывали черные перья ворона, они же ощущались в волосах. И пусть для сида животные черты являлись обыденностью, конкретно эти признаки демонстрировать окружающим было смерти подобно. В самом прямом смысле этого слова. Только подумав об этом, Глэд сосредоточился и тут же почувствовал, как перья истаивают, не оставляя после себя ни малейшего следа. Мгновение и сид вернул привычный окружающим облик. Теперь оставалось лишь надеяться, что его метаморфоз никто не заметил. И вот на этой знаковой мысли Глэд, наконец, решился осмотреться по сторонам, да так и застыл, пораженный открывшимся видом.

Он находился на площади, посреди очень странного города. С невысокими, песчаного цвета домами, узкими извилистыми улочками и стремящимися к небесам башнями. Скученность, духота стесненного пространства говорила о людской природе этого места, однако никогда прежде сид не видел подобной архитектуре. А ведь данный факт являлся лишь самой малостью в череде странностей этого места.

Взять хотя бы те же здания. Прямо на глазах у сида они плыли, преображались, исчезали. Сменялись иными строениями. Участок города, виденный всего несколько секунд назад, при новом взгляде казался уже чем-то совсем иным. В какой-то момент картина города разом переменилась на скорбные руины, средь которых двигались едва различимые тени. Однако самый большой шок Глэд испытал, когда поднял глаза к небу. Тому небу, которого здесь не существовало.