Книга Топоры гномов IV. Пылающий север, страница 80 – Вячеслав Ипатов

Назгарон не стал идти в первых рядах. Для этого он был слишком осторожен. И только убедившись в целости тех, кто проник внутрь, князь и сам вошел под каменный свод тоннеля.

В барбакане оказалось очень темно. Здесь висели факелы, но все они были потушены. По счастью каменный пол оказался ровен, здесь еще никто не умирал, а потому и продвижение вперед было беспрепятственным. Правда, уже вскоре Назгарону пришлось остановиться, так как шедшие первыми демоны уперлись в еще одну преграду. В центральные ворота, как понял по прозвучавшим крикам князь Инферно. Однако их до сих пор никто не атаковал, что позволяло перевести дух перед новой схваткой.

Выдернув из плеча засевшую стрелу, Назгарон огляделся вокруг, по старой привычке пытаясь выявить возможные ловушки. Из-за темноты толком это сделать не удалось, и тогда князь зажег висевший рядом факел. Яркие языки пламени тут же выхватили ровную стену и каменный свод. Продемонстрировав напрягшемуся демону множество больших и малых отверстий. Назгарон внезапно вспомнил, что барбакан пусть и пострадал от Армагеддона, но остался стоять. Не былоа разрушена ни одна из четырех его башен. Так почему же демонов не атаковали? Эта крепость была пуста еще до начала штурма или же…

Словно в ответ на мысли Назгарона, из каменного свода рухнула железная решетка, пригвоздив к полу трех дьяволов, а следом… Следом на толпу демонов обрушились потоки кислоты.

Чудовищная боль охватила все тело князя Инферно, он взревел, почувствовав, как гибельная жидкость попала на лицо, выжигая глаза. Пошатнувшись, Назгарон бросился назад, в памяти восстановив прежде проделанный путь, и тут же рухнул, сраженный арбалетным болтом, ударившим точно в колено. Однако демон не остановился. Он продолжил ползти даже тогда, когда его кожу пробили новые стрелы, когда новые порции кислоты пролились на тело. Ползти по раненым и мертвым, повторяя некогда уже проделанный путь. Князь почти полностью забылся от всепроникающей боли, но двигался, оставив эту цель единственной в пошатнувшемся разуме.

Лишь настоящим чудом можно считать то, что Назгарон не потерял дорогу, не остался среди тел собратьев и спустя вечность смог выбраться под открытое небо. Впрочем, демон не остановился на этом. Он продолжил ползти, никем не остановленный, и, в конце концов, рухнул с края дороги, прямо на трупы сражавшихся здесь прежде степняков. Именно там его и нашли импы, решившие доставить едва живого демона в лагерь.

Много позже, оценивая свою короткую схватку и развернувшуюся за ней бойню, Назгарон подивился невероятной удаче, что сопровождала его в тот день. Но то было позже, а пока демон лежал в бреду, упорно цепляясь за жизнь.

...

В голове чуть шумело из-за близких взрывов. В теле поселилась мерзкая слабость, но все же, едва стих грохот, я заставил себя подняться на ноги, отметив, как с плеч осыпалась земля. Затем огляделся вокруг. Меня встретила темнота, чуть разбавленная светом, исходящим откуда-то снизу. Человек бы мало что различил вокруг, однако я был гномом и все видел прекрасно. В частности, смог отметить, что, несмотря на катаклизм, окружение почти не изменило своей формы. Лишь пара трещин избороздила стены коридора, да магические факелы вылетели из своих креплений. Сущая мелочь в сравнении с тем, что я подсознательно ожидал. Здоровье мое, с точки зрения Системы, также было в порядке. Впрочем, как и у кицунэ. Однако девушка, кажется, была изрядно ошеломлена произошедшими событиями. Так как лежала почти неподвижно, тревожно шевеля ушами.