Книга Обнажить клыки, страница 160 – Вячеслав Ипатов

Однако, история Огра оказалась действительно неожиданной. И ведь по ходу повествования у меня даже что-то мелькнуло в сознании. Где-то я слышал о том процессе. Впрочем, мало ли было таких происшествий, больших и малых несправедливостей? В информационный век даже самые вопиющие случаи быстро покрывались ворохом новых событий. Так что случай Добрынина забылся ровно также.

— Ты поэтому сошёлся со Стасом? Из-за тюремного прошлого? — спросил ещё об одной волновавшей теме.

— Да. За время отсидки я на личном опыте узнал,как думают преступники и посчитал, что смогу контролировать Стаса и его шайку. Тот был слишком труслив, чтобы кидаться на меня. Так я считал. Возможно, так оно и было, но в расклад влезла Ирина. Её я не учёл.

— Её мы все не учли. Я сам с ней общался и ещё тогда, в столовой, видел шевеления этой дьяволицы. И так ничего и не понял. Так что если и есть тут вина, то наша общая.

— Ну спасибо за поддержку, — без особой радости ответил Огр. — Ну да ладно, ты мне скажи, с исповедью мы закончили? Больше ничего не хочешь узнать?

— Думаю и этого было много. Спасибо, что рассказал.

— Хорошо, тогда что там с третьей просьбой? — устало спросил Добрынин.

— А она довольно проста. Видишь ли, у нас уже два дня нервотрёпки. Несколько сражений, похороны. Так что я хочу, чтобы ты выставил моему Отряду выпивки и закусок. На этот вечер.

Повисло тишина. Лица что Огра, что Дмитрия были непередаваемыми. В них отражалось столько удивления… Впрочем, уже скоро они опомнились и первым свои эмоции выдал гном.

— Серый, ты лучший лидер что я мог только желать! — смахивая фальшивые слёзы, воскликнул гном. — Можно я тебя поцелую?

— Нельзя.

— Я почему-то так и думал, — «жутко обиженно» пробурчал гном.

— Так это всё, чего ты хочешь? Больше никаких требований? — недоверчиво переспросил Добрынин.

— А зачем мне что-то большее? — искренне ответил ему. — Мы все в одной лодке. И вместе должны вкалывать, чтобы в этом мире выживать. То, о чём я попросил, нужно только для одного — дать себе и парням возможность развиваться. У меня подобрались стоящие люди. Которые смогут стать нам опорой. Им только нужно дать время. Вот я его и выторговал. Всё же охота — это физическая активность, это очки опыта, практика обращения с луком или арбалетом. А если добавить к этому тренировки, вскоре они смогут стать реальной силой. А вот если отправить их грядки копать, то ничего путного не выйдет.

— Грядки у нас будет кому копать, — многообещающе заявил Добрынин. — Всех выживших стасовцев, кого не повесим по совокупности преступлений, отправим на каторжные работы. Да и кто не захотел оружие в руки брать отправится туда же. Теперь у нас нет лишних рук. После всех потерь, оставшимся придётся работать за двоих.

Тут Добрынин верно сказал. Потери были велики. Если до переворота Стаса нас было порядка двухсот тридцати человек, то сейчас осталось сто три. Соотношение полов было и того хуже, тридцать шесть мужиков на шестьдесят семь женщин. И ведь из них десяток мужчин — бывшие бандиты, число которых обещало сократиться в ближайшее время, суд был назначен уже на завтра. Так что сохранение Отряда я выбивал не просто так. Если бы не договорился об этом, точно бы потерял большую часть состава из-за свалившихся неотложных дел. Без кавычек неотложных.