Книга Кто сказал «бык»?!, страница 62 – Вячеслав Ипатов

…

Спустя час пути, перемежаемый руганью.

— Здесь был труп, куда вы его скрыли⁈ — тоном опытного следователя вопросил я.

— Господин, я, я… — хватая ртом воздух, растерянно стал лепетать застигнутый врасплох гнолл.

— Ой, да расслабься ты! — успокоил подчиненного, легонько похлопав того по плечу. Действительно легонько, тот даже устоял на ногах. — Тебе стоит легче относиться к моим шуткам. Да и экая невидаль. Ваш ярл умер. Будто в первый раз.

— Вы погибли из-за гигантской ледяной сосульки, взявшейся словно из ниоткуда, — поправил меня гнолл.

— Оригинально, — признал я. — Напомни на днях, рассказать вам причину своих необычных смертей. А пока, пошли, солдат, нас ждут великие дела!

Сказав это, я осторожно шагнул в темноту Каменоломни, решив узнать, что там забыл Шартак, вместе с большей частью подчиненных. И пока шел по туннелю, смог в очередной раз прокрутить в голове недавние события.

Итак, что же произошло час назад и главное почему? Как и сказал гнолл, я умер от НЛС — неопознанной летающей сосульки. Смерть абсурдная, а значит вариант оставался только один — это кара от нарушения гейса. Видно, мир не смог найти достаточно правдоподобный способ меня убить, вот и создал таковой. А вот теперь вопрос в студию — какой гейс оказался нарушен?

Известны мне были четыре. О применении маны, изучении магии, артефакторики с алхимией, ну и мясе. Ни один из них я не нарушал. Значит виноват был какой-то из двух неизвестных. Вот только что он из себя представлял? Если припомнить свои смерти, то таковых было пять, из которых четыре — по вине взятых гейсов. В двух виновным оказалось мясо, так что остаются лишь первая и последняя смерть. И что же тогда случилось?

Если подумать, то в самом давнем случае оказался виноват камень, который убил меня в момент сбора трофеев. Может быть дело именно в этом, и я не могу теперь обшаривать трупы? Данная мысль вызывала отчетливые сомнения. Вроде как имелась и пара случаев, когда такая практика не привела к смертоубийству. Но пока этот вариант все еще оставался наиболее вероятным. Стоило его проверить при первой же возможности.

Между тем неторопливые размышления привели к тому, что я не заметил низко висевшего камня и чиркнул по нему рогами. И только собрался сбить это непотребство, как обнаружил, что, собственно, уже добрался до нужного места. А вернее до фелина, почему-то ковырявшегося в камне вместе с несколькими подручными.

— Эй, Шартак. ты чего там делаешь? — с интересом спросил товарища.

— Мы обнаружили тайник, но никак не можем его достать, — ответил фелин.

— О! Это любопытно. Посторонись-ка!

Шартак с готовностью отступил, явив моим глазам… Учитывая крайне слабое освещение, единственное, что удалось разглядеть, так это некий продолговатый предмет, едва ли не вмурованный в камень. И как он туда угодил? Хотя какая разница? Главное, что он оказался найден, а подчиненные еще и успели изрядно расковырять сдерживавшую тайник породу. Кажется, тут оставалось предпринять одно маленькое усилие.

Наклонившись, с трудом подцепил слишком толстыми для такой работы пальцами коробку, потянул. Затем поднажал сильнее, чувствуя сопротивление камня. Утроил усилия. А потом преграда самым предательским образом поддалась. Я резко распрямился, и тут же прочувствовал все прелести высокого роста. Рога врезались в камень и словно бы передали удар прямо в мозг. Я даже пошатнулся, ошарашенный такой встречей с действительностью.