Книга Криндж и ржавый демон, страница 110 – Харитон Мамбурин

— «Вот сука…», — проносится в голове спешно отступающей (и разумно прекратившей стрельбу) женщины.

Однако, не успевает неуязвимый робот сделать и второй рывок к женщине, как на его спину обрушивается тяжелое тело ашура. Прибив «Триумф» на секунду к земле, перебинтованный здоровяк вскакивает, хватая тяжеленную половинку робота за подмышки, а затем, страшно и зло оскалившись, зачем-то швыряет себе за спину, назад, на рельсы. Совершив этот бессмысленный, но крайне героически выглядящий со стороны поступок, Криндж идёт вперед, к ней, отдуваясь и ускоряясь. На его бинтах тут и там начинают проступать кровавые пятна.

— Бросил! — хрипит он.

— Чё⁈ — только и успевает спросить Артемида, как переворачивающегося на спину «Триумфа» окутывает густой зеленоватый туман, бьющий изнутри робота, — Граната⁈

— Нет, я ему в лицо пёрнул! — натужно ворчит новый член её команды, пытаясь отдышаться, — Шуруем! Посмотрим, как твоя херня работает!

Коррозийно-токсичная граната «ДБ-14» работает, она не может не работать. Разработанная для борьбы и сдерживания носителей силовой брони с замкнутым циклом, взвесь способна разъесть высокопрочные полимеры, превратив боевой скафандр в расползающуюся обузу, пусть далеко и не быстро. Но где силовая броня и где обнаженные, открытые атмосфере и внешним факторам, внутренности «Триумфа»?

Они отступали, глядя как ползущий на них механизм ломается всё сильнее и сильнее. Первым делом отказали механизмы поддержки шеи, заставив голову безвольно свеситься вниз. Затем что-то взорвалось в плече, выдав краткий сноп искр, после чего правая «рука» робота прекратила функционировать. Следом он задымил весь, замедляясь всё сильнее и сильнее.

Криндж замедлился, с любопытством разглядывая продолжающего исторгать опасный зеленый туман преследователя, но тут же был безжалостно дёрнут Артемидой.

— Ты что, идиот⁈ — свирепо осведомилась она, разворачиваясь задом к роботу и буквально таща за собой ашура, — Реактор! У него сейчас из строя реактор выйдет! Теплоизоляция гниет!!

— А чё будет? — спрашивали её, впрочем, уже ускорившись от бега и разумно (сволочь!) держа лидера «Ванадиса» между собой и окончательно уткнувшимся в траву роботом.

— Взрыв будет!! — заорала она, спеша изо всех сил и проклиная себя за то, что вообще надела полный доспех на это дело, — Вали давай!!

Он послушался, но вовсе не так, как она думала. Внезапно обернувшись, этот тощий мужик подскочил к ней за пару прыжков, а затем, умудрившись поднять в воздух, прямо как «Триумфа» с пару минут назад, совершил нечто вроде борцовского приема, роняя Артемиду, да и себя, в не замеченную женщиной канавку, лежавшую чуть левее от её прежнего курса.

Это оказалось чрезвычайно вовремя.

Новый взрыв сотряс окрестности, свалив с десяток деревьев, забросав лежащую парочку землей и парой исходящих шипением железяк, а заодно и… превратив силовую броню лидера пиратов «Ванадиса» в бесполезную груду хлама.

Жизнь отличается от любого рассказа. Вот ты, почти уже улыбнувшись, слезаешь со сдавленно кряхтящей бабы и встаешь в свой полный рост победителя чугунных дровосеков, вот ты даже раздеваешь бабу, ибо её одежка приказала долго жить, а затем поднимаешь на ноги. Не одежку, бабу. Смекаете, да? Кондовая поза — полуголый окровавленный мужик с полуголой теткой в объятиях. Прямо-таки стереотип стереотипов победителя по жизни. Мрачная морда у тебя, крупные сисяндры у неё, мышцы у обоих — классика жанра.