Онлайн книга «Криндж и Свидетели Пиццы»
|
Слова кардинала били по собравшимся точными и острыми ударами. Каждый из этих могущественных людей, собравшихся в зале, либо присутствующий иным образом, был очень заинтересован в том, чтобы разобраться, что вообще произошло и как случилось. Никто, кроме Джеффа Резоса, не имел внятной позиции в этом вопросе. Интерес самой церкви, проецируемый сейчас кардиналом, был абсолютно прозрачен. Полностью. Даже чрезвычайно скандальный момент с блокадой флота Омнипола флотом кораблей-храмов. Правда, в это не все верили. — У меня на этот счет совершенно иное мнение! — поднялся со своего места контр-адмирал Йорк, предводитель армады Омнипола, — Версия, в которой наш человек, несущий столь явно выраженные генные модификации, участвует в прямом нападении на представителя другой цивилизации — не выдерживает ни малейшей критики, кардинал! Это абсурд! — Ровно такой же, как слова ректора Бзджинского, уверяющего, что их синта кто-то перепрограммировал! — парировал Джефф, совершая рукой небрежный отгоняющий жест, — Ровно такой же! Это было фактом. Ни у одной силы, имеющей весомое присутствие на Земле, не было технологий, способных создать синта, искусственное существо, имеющее в своей основе роботизированную платформу, содержащую в себе сильно измененный, но органический, мозг. Платформа действовала в тандеме с полноценной органикой внешнего покрытия, создавая, в итоге, полностью человекоподобное существо. Именно существо, которое нельзя «перепрограммировать», а надо воспитывать с момента активации. Именно поэтому редких синтов, которых чаще всего находили на обломках кораблей, захваченных гравитационным полем Земли, редко использовали в чем-то серьезном, несмотря на их зашкаливающие физические характеристики. Дискуссия накалялась, несмотря на то что ни один человек в зале, в каком бы виде он не присутствовал, не мог дать ни одного кристально четкого ответа… кроме кардинала. Церковь Звездного света понесла катастрофические потери, что в живой силе, что в репутации, но признавать ответственность за это представители Института отказывались категорически. — Мы восстанавливаем поврежденного вами синта, кардинал! — брюзгливо и сухо заявил присутствующий в виде голограммы ректор Бзджинский, — Могу уверить всех присутствующих в том, что мы не готовили этого юнита для каких-либо операций! Он уже на протяжении ста двадцати лет работает в нашем эксперименте, в Ромусе. Его сфера деятельности, его рутина, всё это являе… — А как он оказался в Риме⁈ — кардинал даже не думал отступать, — С какой стати ваш закольцованный киборг проник в Рим⁈ Его нельзя перепрограммировать, но я своими собственными глазами видел, как это существо сходу вступило в переговоры с нашим фигурантом! Не проявляя к нему ни малейшей агрессии! Это был не захват, не допрос, не попытка… — Вы атаковали юнит, даже не допросив! Не разобравшись! — неожиданно рявкнул в ответ ректор, багровея лицом. Его голограмма пошла мелкой дрожью. — Она убила фурию! — рыкнул в ответ кардинал, распаляя себя еще сильнее. — А кто спровоцировал их схватку⁈ Начинающийся конфликт был прерван спокойным размеренным голосом. Говорил представитель Хаба, один из исполнительных директоров, прибывших на встречу лично. Высокий мужчина, задумчиво слушавший предыдущих ораторов, не вмешивался ранее, будучи на стороне единственной серьезной силы, не понесшей никакого прямого урона за весь инцидент, но теперь он вычленил главный момент… |