Книга Суккуб для Проклятого, или Ты мое наказание, страница 27 – Ксения Винтер

— Флиртовать? — я изобразила удивление. — Не понимаю, о чём ты.

— Вот прямо сейчас. Ты строила глазки официанту и призывно улыбалась ему.

— Возможно, — я пожала плечами и взяла свой бокал за тонкую ножку. — Некоторые реакции тела сложно контролировать. Если тебя подобное моё поведение задевает — приношу искренние извинения. Я не специально.

— То есть ты сейчас не пыталась соблазнить этого мальчишку? — с подозрением уточнил Дэйк.

— Ни в коем случае. Как ты верно заметил, он ещё мальчишка. А меня не привлекают дети.

— Внешне я выгляжу не сильно страше него, — заметил Дэйк. — Как, впрочем, и ты сама. Не знай я, что твой возраст перевалил за пятьсот, не дал бы больше двадцати лет.

— В этом прелесть бессмертия, — усмехнулась я и пригубила вино. — Хм, а действительно неплохо. — Я потянулась и повернула бутылку к себе этикеткой, чтобы рассмотреть название. — Надо будет запомнить на будущее.

— Я видел множество тебе подобных, уже к столетнему возрасту выглядевших как древние старухи, — заявил Дэйк, не сводивший с меня пристального взгляда.

— Да, в последнее время я тоже замечаю подобную тенденцию, — отозвалась я равнодушно. — Большая часть общества перестала относиться к суккубам и инкубам, как к бездушным монстрам, и они стали очеловечиваться. Как итог: сокращение продолжительности жизни и старение.

— Вы ведь вроде бы страеете по тому же принципу, что и маги? — Дэйк выглядел искренне заинтересованным, хотя я пока не могла понять причину подобного интереса.

— Да. Меньше негативных эмоций — дольше живёшь и моложе выглядишь. Чем больше переживаешь и страдаешь — тем хуже тебе.

— Занятно, что при столь насыщенной биографии ты сохранила лицо юной девочки.

Это был камень в мой огород. И хотя голос Дэйка звучал ровно, я подспудно ощущала осуждение, исходящее от мужчины.

— Могу то же самое сказать и о тебе, — отозвалась я. — У тебя за эти годы было столько напарников… и все они погибли. А у тебя не прибавилось ни одной морщинки.

— Моя работа сопряжена с риском…

— Это не оправдание, — перебила я его, после чего сделала ещё один глоток из бокала. — Чувства и эмоции не поддаются контролю. Ты можешь сколько угодно убеждать себя, что это нормально, умереть на работе от лап какой-нибудь тёмной твари, но сердце всё равно будет скорбеть по дорогому человеку.

— Возможно, у меня просто нет сердца? — предположил Дэйк, а затем, отсалютовав мне бокалом, добавил: — Как, впрочем и у тебя. Скольких ты там мужей похоронила?

— Ни одного.

Я даже сама удивилась тому, что сердце не дрогнуло при упоминании моих собственных потерь. Словно не было надгробных камней, к которым я годами носила цветы.

— Лжёшь, — припечатала Дэйк. — А как же Агон, Томас, Волдрин и другие?

Сердце пропустило удар, и я недоверчиво посмотрела на охотника.

— Ты помнишь имена их всех?

— Запомнить девять имён не так уж и трудно, — пожал плечами Дэйк и вновь сделал глоток из своего бокала.

— Да, запомнить нетрудно, — согласилась я. — Только почему ты их запомнил? Какое тебе дело до мужчин, которых я впустила в свою постель? — я ощущала себя охотничьей борзой, выдшей на след добычи. — Только не говори, что ты ревнуешь!

— Никакой ревности, — отрезал Дэйк. — Я просто присматривал за твоим потенциальным ужином.