Книга Бывшая жена дракона. Целительница-попаданка, страница 60 – Нина Новак

Слышатся ругань, крики.

И я не выдерживаю, выскальзываю из экипажа на землю. Вздергиваю голову, потому что сердце рвется из груди, а метка давит холодом.

Очень высоко в небе стальной дракон. Он выпускает столб пламени и загорается маленькая рощица неподалеку.

— Наш генерал проснулся, – мрачно сообщает Шраус. – И решил спалить ближайшую деревню.

— Там лагерь темных варваров. Но подписали же утром мир, – солдат сплевывает на землю. – Проклятые драконы все не уберутся за свою стену.

— Лагерь темных? – Шраус вскидывает бровь, но предпочитает промолчать.

Его лицо темнеет и он нервно хлопает себя по карману шинели. Вспомнив, что завязал с горячительными, что-то цедит еле слышно.

А после заявляет:

— Если генерал спалит лагерь темных, то перемирие будет нарушено.

— Почему другие драконы не остановят его? – не понимаю я и отчаянно вглядываюсь в высоту.

— Потому что войны им выгодны, – отвечает солдат и снова ругается.

— У генерала посттравматический синдром, полагаю, – Шраус облизывает губы. – Я часто видел такое у драконов. Это опасно. Видимо, он не управляет зверем до конца.

Я сдерживаю стон. Сердце заходится от ужаса, поскольку все происходит совсем недалеко от приюта. Если Марко сожжет лагерь, то тут начнется новая война.

— Марко, не делай этого, – зову я без всякой надежды на ответ. – Не делай этого, прошу тебя. Хватит воевать!

Я обращаюсь к нему мысленно и со стороны мужчины видят лишь бледную и замерзшую женщину, глядящую в небеса. Но внутренний голос кричит в пустоту, эмоции бьют наотмашь.

— Не делай этого, Марко! Остановись, мать твою!

Слезы жгут кожу, а Шраус рядом вдруг издает протяжный свист.

— Он повернул, Айши. Вы видели? Генерал развернулся и полетел обратно.

Я не отрываясь слежу за серебряным зверем, пугающим своей мощью.

— Обычных драконов легко лечим, но высший… – взгляд Шрауса не выражает ничего хорошего. Лишь вселенскую печаль и отвращение к этому бренному миру.

Но дракон снова послушал меня. Он улетел и остается лишь молиться, чтобы зверь Марко не сжег к чертям мою больницу и дом.

Прикрываю глаза, чтобы распробовать новую реальность. Кажется, я превратилась в пульт для “ядерного реактора”, но это не точно.

Шраус смотрит уже вопросительно, а я разрываюсь на части. Что делать: возвращаться или ехать за девочкой?

— Он послушался вас, Айши, – философски замечает Шраус. – И, скорее всего, мирно вернется назад, просто обращайтесь к нему время от времени через связь. Ну, чтобы генерал снова не ринулся воевать.

— А если он рухнет по дороге? – выдыхаю с трудом. Изо рта вылетает пар, холод пробирает до печенок.

— Регенерирует, – отмахивается Шраус.

Мы возвращаемся в экипаж и мне приходится раскрыться целителю. Я тихо рассказываю, что должна забрать девочку.

— Не спрашивайте, кто она. Я сама еще не знаю.

Шраус кивает, щурится в окно.

— Я должен еще что-то знать? – интересуется он невозмутимо.

— Вы бы могли выдать девочку за свою родственницу? За племянницу, например, – прошу я неуверенно.

Шраус вздыхает, обдумывая мою просьбу. Вижу, что ему непросто ввязываться в новую авантюру.

— Кати может назваться ее теткой, – заявляет он наконец. – Боюсь, я на роль доброго дядюшки не сгожусь.

Его губы дергаются в усмешке и я смеюсь, прикрывая рот рукой в перчатке. Нервы на пределе и пережитый ужас требует выхода. А впереди ведь новые проблемы.