Книга Мой герцог, я – не подарок!, страница 25 – Елена Княжина

Подхватив серые юбки, Эльяна вприпрыжку удалилась. Подальше от мрачных зеленоглазых тэров.

Раз уж мы встали посреди коридора, я позволила себе оглядеться. Ни монарх, ни прочие участники процессии не спешили разбредаться по своим делам. Закралась неприятная мысль, что они, съедаемые нездоровым любопытством, и в «супружеские покои» пойдут.

Это сильно мешало созревать в голове идеям стремительного побега. Что, если и Величество, и Лилианна, и жрец, и стражи – все набьются в герцогскую спаленку? А то и в ванную с активными маслами? На это шоу билетов точно не продается!

— Владыка Сатара, опекун садов Судьбоносной, планирует почетно провожать меня до самой кровати? – нахмурился герцог, тоже раздраженный навязчивостью «зрителей».

— Опасаюсь, что мой бравый полководец что-нибудь учудит, – монарх растекся в издевательски благостной ухмылке. – Или про долг священный забудет, или молодую супругу случайно задушит подушкой…

Герцог раздраженно повел плечами в тугом темно-зеленом мундире: его хитроумный план по удушению «подарка» был разгадан еще на подлете.

А я чувствовала, чувствовала, что наша «любовь до гроба» таковой и будет! Потому и запоминала дорогу, которой меня тащат стальные пальцы. После красно-зеленого гобелена – поворот налево, потом прямо, прямо, до самой серой статуи. А у ярко-желтого настенного фонаря нырок в правый, плохо освещенный коридор…

Там, у холма, я почти не разглядывала «жениха». Мне это было не к спеху, да и голову занимала импровизация. Внимание привлекли лишь жесткие пальцы и бледно-зеленые глаза, и пару раз – грубо очерченные губы, скривившиеся в неприязни.

Однако сейчас я позволила себе пробежаться взглядом по раскидистым плечам (до которых едва дотягивалась макушкой). Определила, что мужчина одет в парадную форму и, в отличие от брата в распахнутом жилете, выглядит по-военному строго и подтянуто.

Мундир у герцога был красивый – глаз не отвести. С боков рукава украшало золотое шитье, в центре гербов мерцали бледно-зеленые круглые камешки. Широкий пояс выделял узкую талию, по груди в два ряда разбегались позолоченные пуговицы. Короткий ворот-стойка стягивал загорелую шею с выпирающим кадыком (тот нервно подергивался всякий раз, когда взор герцога падал на «подарок»).

Пахло от тэра до кошмарного приятно. Тем самым летом, что случается лишь по вечерам и лишь в пригородах. Фиолетовыми звездочками, сочной травой, свободой, луговым раздольем и теплым воздухом. Словно негодяй бесстыдно присвоил запах, что так понравился мне у холма!

— Уверен, что найду дорогу в свои покои! – яростно прошипел герцог и ослабил ворот.

— Ты любимчик Верганы, однако не забывай… на близких обиды куда сильнее.

— Чего ты хочешь, Гар? – глухо уточнил герцог и брезгливо оглядел мои чумазые колени. – Я уже принял… «подарок».

— Принял, но не примирился, – вздохнул монарх.

— Так жаждешь держать световой кристалл у изголовья, мой венценосный брат?

От язвительности в голосе «тэра» волосы дыбом привстали. И по коже пробежался липкий, неприятный морозец.

— Свидетелей будет достаточно и без меня. Тэр Томеус… – Величество склонило голову к жрецу. – Распорядитесь, чтобы из библиотеки доставили старуху. И убедитесь, что ей достанется место в первом ряду.

— Издеваешься? – закашлялся герцог. – Я должен принимать «дар»… при нашей прабабке?!