Книга Сделка с драконом. Мачеха поневоле, страница 14 – Дита Терми, Эя Фаль

Он молчал.

Я молчала тоже, потому что мой мозг, только что спокойно перебиравший планы на ужин, внезапно выдал синий экран смерти.

Что происходит?! Почему он здесь?! Как я выгляжу?! Господи, я же голая практически! И что он будет делать? Зачем он пришёл? Получить супружеский долг?

Я лихорадочно пыталась вспомнить сюжет. Было ли там хоть слово об интимных отношениях Ирмы и Кайлэна? Я пролистывала эту рукопись вдоль и поперёк, выискивая сюжетные дыры, но... нет. Ничего. Ни намёка. Автор сосредоточилась на драме ребёнка и финальном возмездии, а личная жизнь дракона осталась за кадром.

Были ли у них бурные общие ночи? Спали ли они в одной постели хоть иногда? Или, наоборот, часто? Или он, как примерный вдовец, просто предоставил новой жене отдельные покои и забыл о её существовании?

Судя по его ошарашенному лицу – забыл. И явно не ожидал застать меня в таком виде.

Кайлэн стоял в проёме, высокий, широкоплечий, в тёмно-сером камзоле, который делал его похожим на ожившую статую из северного храма. Его белые волосы были распущены и падали на плечи тяжёлыми прядями, обрамляя идеальное, словно вырезанное резцом скульптора лицо. Скулы, челюсть, прямая линия носа – всё в нём было безупречным. И пугающим.

А ещё от него пахло. Чем-то холодным, свежим, как утренний морозный воздух в сосновом лесу. Запах чистоты, силы и чего-то первобытно-дикого. Очень… пленительного.

Я почувствовала, как по коже побежали мурашки, и это точно был не холод. Драконьи феромоны. Я уже почти не сомневалась, что они существуют и действуют на женский организм, как красная тряпка на быка. Только вместо ярости они возбуждали так, что всё внутри сжималось в тугой, сладкий узел.

«Соберись, Ира! – заорала я на себя мысленно. – Ты не какая-нибудь наивная героиня любовного романа! Ты взрослая женщина, редактор с двадцатилетним стажем, ты должна уметь держать лицо в любой ситуации!».

Но тело не слушалось. Оно стояло, как вкопанное, и пялилось на него. На его плечи, на то, как туго обтягивает их ткань камзола. На его руки, крупные, с длинными пальцами, которые, наверное, могут быть и нежными, и безжалостными одновременно. На его губы, сейчас плотно сжатые в тонкую линию, и от этого ещё более притягательные.

«Хочу потрогать. И… попробовать на вкус» , – снова предательски пискнуло в голове.

Я мысленно отвесила себе пощёчину.

Кайлэн, кажется, тоже боролся с собой. Я видела, как дёрнулась жилка на его шее, как напряглись желваки на скулах. Он смотрел на меня так, словно пытался прожечь взглядом дыру в стене за моей спиной, но взгляд то и дело соскальзывал на кружево, на изгиб ключицы, на то, как тонкая ткань пеньюара обрисовывает грудь.

Что и говорить. Фигурка у Ирмы была загляденье.

Воздух в комнате стремительно холодел.

Я покосилась на стены и заметила, как по каменной кладке начал расползаться тонкий, искрящийся иней. Он тянулся от двери, от того места, где стоял Кайлэн, тонкими морозными узорами, покрывая камни причудливым кружевом.

Ого. А он, оказывается, не такой уж ледяной внутри.

Эта мысль придала мне смелости. Или безумства. Я понятия не имела, какие отношения были у Ирмы с мужем, но сейчас нужно было как-то выкручиваться. И раз уж я застряла в теле роковой женщины, нужно было продолжать пока играть эту роль, чтобы не вызывать подозрений у дракона.