Книга Вторая жизнь Тейлы Айрвуд, страница 25 – Таэль Вэй

Она опустила глаза. Сколько времени она пыталась быть «сестрой», которую он знал. Сколько раз ловила себя на том, что старается говорить, двигаться, дышать, как настоящая Тейла, но всё было понарошку и Ларс, конечно, чувствовал.

— Мне страшно, — прошептала Лена. — Я не знаю, как сказать это, не разрушив всё.

Он сел рядом, чуть ближе, и молча кивнул, давая ей возможность говорить. Она вздохнула, собравшись с духом.

— Ларс, я — не Тейла. Я в её теле, но я — не она. Меня звали Лена. Я жила в другом мире. Совсем другом и меня там больше нет. Я умерла или... не знаю. Проснулась здесь в её теле и с её лицом. Я не знаю, как и почему, но это правда.

Тишина была такой густой, что казалось, она звенит. Ларс не двинулся, а только смотрел. Его глаза были тёмными, как лес перед бурей.

— Ты шутишь? — спросил он наконец, но голос прозвучал сдавленно.

Лена покачала головой, чувствуя, как дыхание сбивается.

— Нет и я не сумасшедшая. Я всё это время боялась тебе рассказать. Боялась, что ты отвернёшься, а ты был добр ко мне, заботился, как о настоящей сестре. Я хотела быть ею ради тебя и мамы.

Он молчал, потом опустил голову, закрыл лицо ладонями.

— Это... — голос дрогнул, — это значит, что её больше нет? Моей Тейлы?

Лена сглотнула, не находя слов. Вместо ответа подошла ближе и осторожно положила ладонь на его плечо.

Ларс глубоко вздохнул, и только тогда она заметила — он плачет. Молча, почти незаметно, но слёзы катились по щекам.

— Я всё это чувствовал, — прошептал он. — Просто не хотел верить.

Он поднял голову и посмотрел ей прямо в глаза.

— Но я вижу — ты не врёшь. Чувствую, что ты другая душа, но ты была рядом и спасла её тело. Ты стараешься и значит, не зря всё это. Богам виднее…

Он вдруг обнял её — крепко, как когда-то в детстве. Лена прижалась к нему, не удержав слёз.

— Хоть моей сестрёнки больше и нет... — прошептал он, — но я поддержу тебя. Береги свою душу и её тело. Ты теперь — часть нашей семьи. Навсегда.

Он вышел, оставив после себя лёгкий запах дерева и дыма от кузни. Дверь мягко прикрылась, и в комнате вновь воцарилась тишина. Лена смотрела в пустоту, где только что был Ларс, и впервые за всё это время почувствовала себя по-настоящему одинокой. Словно то, что она всё это время прятала глубоко внутри, теперь вышло наружу — и оставило после себя усталость и тишину.

Она встала, чтобы хоть чем-то заняться, лишь бы не думать, не чувствовать эту пустоту. Подошла к сундуку у стены — тот стоял здесь с первого дня, и Лена редко в него заглядывала. Скрипнув крышкой, он открыл своё тёплое нутро, наполненное старым одеялом, аккуратно сложенной одеждой, лоскутками ткани... И в самом углу, между свёрнутым шарфом и тёплой кофтой, Лена заметила тонкую тетрадь. Затёртая по краям, с кожаной, потемневшей от времени обложкой. Уголки страниц были мягко закруглены — видно, её часто открывали. Она осторожно взяла её в руки. Это был дневник настоящей Тейлы.

С замиранием сердца она раскрыла его.

"Сегодня снова видела Барса. Он не заметил меня, конечно, но я смотрела, как он шел по улице, высокий, с этой своей походкой — как будто ветер сам расступается перед ним..."

Страница за страницей Лена читала чужую — и одновременно свою — жизнь. Записки о рынке, о матери, о детях в деревне, а между ними — строки о Барсе. Тонкие, несмелые, пропитанные влюблённой тоской.