Книга Фея для ректора, страница 51 – Ольга Райская

— Хорошо, с туарой и замками выяснили, — подвела итог Варька. — И мастерскую вы открыли для того, чтобы наш дар усилить. Это тоже понятно. Давайте не станем терять время и приступим.

— А никто его и не теряет. Пока мы общаемся, магия делает свое дело. И скоро вы почувствуете ее силу, — ответил верховный маг.

Мда… И кое-какие ответы получили, и магию, надеюсь, обрели. Все, как записано в храме богини Мурры — одно не исключает другого.

Я вдруг подумала, что можно совместить полезное с приятным. Рассказать девчонкам о библиотеке, и заодно выяснить у Муррлока о знаках на карте, а возможно, узнать кое-что о тех трагических событиях, о которых говорят все, но ничего толком не знает никто.

— Магистр, — обратилась я к верховному магу. — Коль скоро мы тут приятно и с пользой беседуем, мне бы хотелось рассказать о своем сне. Быть может, в нем что-то зашифровано, и вы сможете его пересказать.

— Ваши сны всегда знаковые, Карина, — кивнул Киссен. — А учитывая, что в этом месте дар всегда усиливается, предположу, что ваше решение рассказать нам сон — верное.

Рассказ не занял много времени. По сути, я лишь описала библиотеку и карту, упомянув кошачьи следы, которые успела заметить в вековой пыли. Хотя о следах лучше расспросить Мурчало, когда тот соизволит появиться.

Девчонки слушали очень внимательно. Я видела, что им тоже не терпится услышать пояснения от представителя мурранов.

— Ну что, справедливо, — кивнул старый кот. — О том месте, о котором рассказала ваша подруга, я не слышал, но расскажу нечто, что вам следует знать и что непосредственно касается карты.

Муррлок откинулся в кресле, положил ногу на ногу и стал говорить.

Оказывается, все миры во всех вселенных расположены не хаотично, как считают земные астрономы. Они делятся на две большие группы: светлые, где приветствуется жизнь, и темные, где приветствуются лишь настроенные против жизни формы. Но пока есть гармония, миры не мешают друг другу существовать на их условиях.

Чтобы сохранять равновесие и поддерживать баланс, между группами миров был рубеж — еще один мир, роль которого в нашей вселенной выполнял Итлан. Коренные жители приграничья всегда наделялись более сильной магией, уникальными способностями и получали прочие плюшки и ништячки от мироздания. А им всего-то и нужно было время от времени латать дыры с обеих сторон, не давая тьме проникнуть к свету, а свет не допустить к тьме.

И все было хорошо до тех пор, пока не был изобретен некий артефакт, а фактически — магическая машина, которая автоматизировала защиту. И разумеется, создание подобного устройства приписывали Вассам, хотя никто не мог этого доказать.

И что получалось на самом деле? Лучшее — враг хорошего. Этот постулат доказало само время на бесчисленных примерах, но ошибку все повторяют и повторяют, в попытках облегчить себе жизнь, а по факту — делая ее скудной, меняя приоритеты.

К примеру, взять десять сапожников. Кто-то из них шил просто хорошие сапоги, кто-то отличные, а кто-то создавал не обувь, а шедевры — поэзию, застывшую в коже. А потом изобретался конвейер с типовыми операциями на каждой стадии. Обуви, и даже неплохой обуви, становилось больше, но ни о какой поэзии уже речь не шла. Зато продукт получал массовый покупатель. Становилось больше товаров, они дешевели, и как результат — становилось больше покупателей, поскольку теперь можно было не ограничиваться одной парой. А что? Ведь годами на обувь больше не нужно копить, а значит, можно и не беречь.