Книга Алые ленты феникса, страница 11 – Ксения О

Гнев Мин Ю мгновенно стих. Горе-повар посмотрел на него невинными глазами. В них плескалось солнце, застывшее за стеной дождя. Глаза его — жёлтые, прозрачные и ясные, как янтарь в лучах. Этот покорный, почтительный взгляд. Одновременно такой жалкий, как потерявший мать котенок. Князь не мог пошевелиться, попав в ловушку собственного стыда, чего не испытывал довольно давно. В груди заныло от жалости.

Вот юноша заметил рану и, повинуясь инстинкту, положил изувеченный палец в рот.

Смотрел на его довольно большой рот и пухлые губы, которым позавидовала бы самая прелестная девушка. Губы эти смотрелись излишеством на его тонком юном лице, придавая образу бесстыдную порочность. Казалось, он начал что-то подозревать.

«Этот новичок просто поразительно раздражающий!»

Негодование в нем стремительно сметало все на своем пути. Склоняясь, он схватил руку Ри, шепча заклинание заживления, направил поток энергии на порез. В медицине князь был не силен, но такую мелочь вполне мог себе позволить. Белый поток окутал рану, и она затянулась, оставляя небольшой след, который должен был исчезнуть со временем.

— Спасибо вам, Великий князь Чжи Мин Ю! — воскликнул пострадавший.

У Мин Ю поднялись брови, так его давно никто не называл.

«Он что, издевается?!»

Мальчишка все еще стоял так близко. Оторопь и раздражение в душе князя сошлись в неравной схватке.

— Ты…ты! — он просто горел гневом. Не в силах сосредоточиться, оттолкнул его, почти закричал:

— Еда, приготовленная тобой, не съедобна! Ты сам ее пробовал?

Мао Ри в недоумении открыл рот. Видя, что князь ждёт ответ, начал заикаясь:

— Я…я, конечно, ел, — его непонимание было просто неподражаемым.

— И как тебе? — князь сузил глаза.

Было видно, что ученик вообще впал в ступор от его такого вопроса.

— …

— Ты будешь мне отвечать?

Но ответом был только непонимающим взгляд.

— Что ты туда добавил? Чтобы это стало так отвратительно?

— В папоротник? — уточнил виновный.

— Да, а было что-то ещё сегодня на обед?

— Нет.

Терпение Мин Ю стремительно таяло, в глазах пылал праведный огонь.

«Он это точно специально!»

— Дражайший всегда добавляет в папоротник порошок древесного гриба Муэр. Утром я заметил его в саду и приготовил. Он очень полезен для восстановления Ци*.*Подразумевается, как энергия или внутренняя сила.

Пораженный этой новостью князь уточнил:

— А что ты делал в саду?

— Я был голоден и съел несколько яблок утром.

— Ты ел эти яблоки? — скривился он в ужасе.

Юноша насторожился:— Их нельзя есть? — голос слегка дрожал.

У Мин Ю создавалось странное впечатление, что он говорит с девчонкой. Столько странных эмоций, паники и время от времени эти накатывающие слезы в глазах. Его манера держаться. Он отдернул себя от подобных мыслей. И хмуро ответил:— Яблони, посаженные в северной стороне сада, являются надгробиями почивших великих учителей этого храма.

Глаза нерадивого ученика стали круглыми.— Надеюсь, они были не против! — тихо прошептал он.

— Я даже не знаю, как это расценивать, — тучи сгущались, — Я думаю, ты сейчас пойдешь и перепишешь свод правил храма тысячу раз!

На удивление, Мао Ри не смутила цифра. Он стремительнее орла, падающего с неба за добычей, плюхнулся на колени прямо в ноги князю, опять вызывая полное недоумение. Мин Ю, и он поспешно покинул кухню.