Книга Няня для дочери тирана. Стань моей мамой, страница 37 – Валерия Даль

Машка тащит сменную одежду в ту комнату, где я спала, с предложением переодеться вместе.

Да у меня такими предками спортивных костюмов не хватит! И зря я вообще брала джинсы – в них здесь будет не особо удобно. Теперь я понимаю фразы о том, что нужно свезти старые вещи на дачу. Так ещё мои одноклассницы когда-то говорили. Здесь действительно нужно что-то такое, что не жаль. Хотя мне и свой спортивный костюм не жаль. И даже маникюр, а я в грядках вообще не копалась. Даже не знаю, что и когда сажать, куда, как и прочие мелочи. Наверное, у меня даже укроп бы зачах.

— Соня, у тебя татушка? – удивляется Маша, когда я стягиваю свитшот, стоя к ней спиной. – Ты служила?

Не сразу понимаю смысл вопроса, а потом улыбаюсь. Интересно, откуда такая ассоциация?

— Девочки не служат, – говорю я, а потом думаю, что сама не права. – То есть они работают, точнее, служат, но не так, как мальчики.

— А у папы татушка вот тут, – пытается малышка дотянуться ладонью до своей лопатки и забавно вертится по кругу. – Там волк, по бокам крылья, как у ангела, а сверху такой… – опять что-то не может вспомнить.

— Парашют, – подсказывает из соседней комнаты Михаил, который тоже, видимо, пришел переодеться.

Вот пусть в кулинарии я полный ноль, хотя благодаря Аньке что-то да знаю, но с подобным описанием воображение сразу рисует эмблему воздушно-десантных войск специального назначения. Уж на память мне точно жаловаться грех, если в голове отложились даже кулинарные термины. А присяга дяди стала незабываемым событием для подростка. И как раз те самые войска, наша долгая поездка в часть, стояние под осенним промозглым дождем.

— А у Сони птичка почти… на попе! – радуется бесхитростно Машка, а я заливаюсь краской.

Она на пояснице!

Мне кажется или Михаил за тонкой стенкой тихо хмыкает?

И это не птичка, а феникс. Причем сделанный после моего развода, когда я решила возродиться из пепла, в одном из лучших салонов города по индивидуальному эскизу.

Быстро натягиваю на себя футболку, сверху накидываю теплый кардиган и спрашиваю у Маши:

— Ты готова или помочь?

— Я все, – гордо отвечает она и демонстрирует мне теплый костюм-тройку.

Малышка уже хочет открыть дверь в проходную комнату, когда я ее останавливаю. Михаил пусть и затих, но вроде тоже должен переодеться, а мало ли мы застанем его в… хм, неподобающем виде. Ладно я-то… Голых мужчин, что ли, не видела? Но Машке рано, хоть это и ее отец.

Только почему-то в жар бросает именно меня. Не надо было кардиган надевать в натопленном доме. В веранде бы накинула.

— Машуля, может, твой папа не оделся, – шепчу я. – Надо спросить.

— Выходите, – говорит Михаил, и я понимаю, что на изоляции он сэкономил.

Неужели никого никогда сюда не привозил? Хотя личная жизнь Михаила меня не касается.

Выходим и ещё щастаем обнаженную мужскую спину. Я сразу отворачиваюсь, но успеваю заметить татуировку и продолжение шрама на спине, который я заметила ещё раньше.

И, что уж таить, мне снова становится любопытно. Хочется услышать историю Михаила и о службе, и о полученном ранении. А это, скорее всего, оно. Может, я и не мисс Марпл, как однажды сказал Слава, но почему-то нет сомнений, что это именно ранение.

— Соня, – Машка едва за мной поспевает, когда я вылетаю на улицу.