Книга Беременна от предателя. Я ухожу, страница 66 – Валерия Даль

— Нет, – Оксана бросает на меня уверенный и весьма красноречивый взгляд. – Только правда вам, Валерия, не понравится.

— Я готова к ней, – кивнув, сжимаю стакан так, что он вот-вот расколется в моей руке.

— Это случилось весной, в конце апреля, – снова состроив печальное лицо, рассказывает Оксана. – Мы поехали в Казань, там проходила выставка. Я вообще попала туда совершенно случайно, потому что в последний момент заболела начальница нашего отдела, лететь должна была она…

Я помню ту поездку. Тимур улетел почти на неделю, предлагал и мне поехать, но я уже договорилась, что проведу это время с родителями.

— Дальше, – тороплю Оксану, не узнавая свой голос.

— Лера, вам будет непросто это слушать…

— Дальше! – повторяю с нажимом.

— Уже в последний день выставки, незадолго до вылета обратно, мы с Тимуром… Руслановичем задержались в баре отеля. Все были измотанные, уставшие, разошлись по номерам. Я вообще особо не пью, а тут что-то увлеклась. И проснулись мы в одном номере, в одной постели. А после майских праздников пришел приказ о моем увольнении, – Оксана замолкает и выжидающе смотрит на меня.

А мне нечего сказать. Нет рядом со мной ходячего детектора лжи по имени Юлька, но моя интуиция сейчас подсказывает, что девушка не лжет. Может, она рассказала не обо всем, но и не придумывала на ходу.

— То есть это, – не могу подобрать более подходящего слова, – было лишь однажды?

Оксана отводит взгляд, и этот ответ более чем понятен. Значит, несмотря на увольнение, их отношения продолжались. Или продолжаются до сих пор.

— Лера, вы поймите меня как женщина, – сейчас Оксана выглядит втройне несчастной, будто ее невыносимо терзает чувство вины. – Я влюбилась. Понимала, что это неправильно, но ничего не могла сделать с собой. Сейчас между нами ничего нет, – прижав руку к груди, уверяет меня.

— Какой у вас срок? – спрашиваю, даже не слыша последних слов.

— Двенадцать недель, – отвечает Оксана и снова виновато на меня смотрит.

А я как на автомате поднимаюсь и иду к выходу. Спускаюсь к подъезду и практически падаю на скамейку. Спазм перехватывает горло, но слез нет. Только огромная зияющая дыра в груди, у которой не видно дна. Двенадцать недель… У них получилось с первого раза. Наверное, это судьба.

Понимаю, что даже дойти до машины не смогу, хотя вот она стоит – полтора метра. А что уж говорить о том, чтобы сесть за руль.

— Юль, ты освободилась? – хрипло говорю, когда подруга отвечает на звонок.

— Удивительно быстро все решили, я думала, что будет дольше, – отзывается она. – Уже к дому подъезжаю.

— Юлька… – снова не могу сказать ни слова. – Ты можешь?..

Перед глазами начинают прыгать черные мушки, в ушах стоит звон, сердце, кажется, уже не бьётся. Вот так в один момент все рухнуло. И словно моя жизнь заканчивается на этой самой скамейке.

— Лера, черт возьми! – доносится до меня голос Юли. – Ты где?

Сил хватает только на то, чтобы назвать адрес. Телефон падает на тротуарную плитку и начинает звонить. «Любимый…» Надпись на экране сейчас кажется полным издевательством. Какая к дьяволу любовь? Когда любят, не ищут что-то на стороне.

Не знаю, сколько проходит времени. Оно для меня остановилось там, на восьмом этаже, когда вся правда обрушилась на меня и погребла под собой.