Книга Предатель. Больше не твоя, страница 19 – Аелла Мэл

— Ты решила таким образом избавиться от него? — усмехается Сава, встав рядом и глядя вслед новенькой.

— Вдруг прокатит. Однажды он уже сделал это ни за что, теперь пусть увольняет за дело.

— Не он, — коротко отвечает Сава.

— Не он? — изгибаю бровь, внимательно глядя на него. За два года он совсем не изменился. Разве что мышцы немного подкачал, да взгляд стал более уверенным.

Сава медлит с ответом, словно взвешивая, стоит ли говорить. В его глазах мелькает что-то похожее на сочувствие, и это бесит меня ещё больше.

— Мне дал приказ Руслан Муратович, — начинает Сава, глядя на меня с искренним раскаянием. — Я не хотел, Диана, правда не хотел прогонять тебя. Но все улики указывали на тебя… Вся информация, которая ушла нашим конкурентам, была разослана от твоего имени и с твоей электронной почты.

— Меня это уже не интересует, Сав, — отвечаю холодно. — Своё я получила два года назад, и мне хватило. Правда меня больше не волнует.

— Не хочешь знать, кто тебя подставил? — настаивает он.

— Я догадываюсь, чьих это рук дело, — вздыхаю я. — Но не буду говорить вслух. Меня не услышали, когда я кричала об этом, а теперь… Поезд ушёл. И я абсолютно не хочу возвращать его назад.

— И меня никогда не простишь? — спрашивает он, глядя мне прямо в глаза.

— А тебе оно нужно? — поднимаю бровь. — Прощение?

— Нужно, — кивает он с серьёзным выражением лица. — Очень нужно.

В его словах есть что-то искреннее, но моё сердце больше не верит. Два года боли и разочарования выстроили вокруг него непробиваемую стену. Я не могу просто так взять и стереть всё, что произошло.

— А что оно тебе даст? Моё доверие? Прости, но нет. Мою дружбу? Тоже прости, нет. Для чего тебе ещё оно нужно?

— Для чистоты совести, — грустно улыбается Сава и отворачивается в сторону. — Когда Эмиль Муратович рассказал мне правду, я готов был голову пеплом посыпать. Мне правда стоило прислушаться к твоим словам и более глубоко всё просмотреть, но я не стал этого делать. Я очень сожалею. И надеюсь, когда-нибудь ты простишь меня и примешь мою руку дружбы.

— Возможно, в другой жизни, Сав, — коротко улыбаюсь я и ухожу.

Простить — не проблема. Проблема в том, что я не доверяю. Никому, кроме бабушки. Она — единственный человек, который ни на секунду не усомнился во мне. Всю жизнь, с самого моего рождения, она была рядом и всегда была на моей стороне. Только ей одной я могу доверять без оглядки. Только ей.

Иду по коридору, чувствуя, как внутри всё ещё клокочет обида. Два года прошло, а раны всё ещё болят. Каждое предательство оставляет шрам, который не так просто залечить.

Вспоминаю, как бабушка всегда говорила: «Доверие — это драгоценность, которую легко потерять и невозможно вернуть».

Захожу в комнату, где готовятся к фуршету, и стараюсь сосредоточиться на работе. Здесь и сейчас — единственное, что имеет значение. А прошлое… Пусть остаётся в прошлом. Вместе с разбитыми надеждами и утраченным доверием.

Несколько часов уже идёт вечеринка, и ноги буквально горят от усталости. Я привыкла сидеть в уютном офисе, а не носиться как угорелая по залу, обслуживая гостей. Сейчас эта беготня кажется бесконечной, и я чувствую, как каждая мышца в теле молит о пощаде.

Наконец-то удаётся найти укромный уголок, где можно хоть немного передохнуть. Присаживаюсь, стараясь не привлекать внимания, и делаю глубокий вдох. Шум вечеринки здесь слышен приглушённо, что даёт возможность хоть на минуту собраться с мыслями.