Книга Его строптивое счастье, страница 44 – Анна Мишина

— Мне все равно, не заморачивайся, — отмахивается и все же ложится на кровать.

Я из шкафа достаю плед и накрываю ее.

— Я рядом, если что, зови, — выхожу из комнаты, но меня заставляет оглянуться ее голос.

— Макс?

— Что?

— Только отцу ни слова, — снова повторяет свою просьбу.

А я показываю жест, как закрываю рот на замок. И выхожу.

Ярослава

Непривычно находиться в чужой постели. Даже не то, что в чужой. А именно в постели Туманова. Подушка пахнет им. И мне нравится этот запах. Но я постаралась не думать об этом и просто закрыла глаза, желая погрузиться в сон, который всю дорогу до дома меня преследовал.

Я почувствовала какое-то движение у кровати. Сон сразу как рукой сняло. Но открывать глаза я не торопилась. Прислушалась. Какое-то бормотание.

Открываю глаза и чуть не вскрикиваю от неожиданности. На меня смотрит девочка.

В комнате приглушенно горит свет.

— Проснулась, — говорит она.

— Наконец-то, — следом звучит еще один голос и я замечаю мальчика, сидящего на краю кровати.

— Вы кто? — спрашиваю, а у самой от страха сердце бухает о ребра.

— Мы? — усмехается мальчик. — Мы вообще-то здесь живем. А вот кто вы?

— У меня галлюцинации? — спрашиваю себя вслух, на что девчонка смеется.

— Дети? — в комнату заглядывает обеспокоенный Туманов. — Я просил вас не тревожить нашу гостью, — хмурит брови и строго смотрит на них.

Так, стоп, я, кажется, чего-то не понимаю?

— Они тебя разбудили? — наконец, обращает на меня внимание.

А я сажусь в постели, подобрав под себя ноги.

— Максим, а что здесь делают дети? — спрашиваю его.

— Это мои, — говорит серьезно. — Знакомься, Лика и Лука, — представляет их.

— Двое? Твои? — не верю собственным ушам.

— Да, мы его дети, — гордо задрав нос, подтверждает девочка.

— Ты не говорил, — я в шоке.

— А ты не спрашивала, — парирует он. — Так, вышли, видите, вы пугаете девушку, — говорит им и малышня послушно выходит из комнаты.

— А чего она такая пугливая? — доносится вопрос мальчика.

— Дикая какая-то, — вторит девчачий голосок.

Дикая? Я? Да я в шоке от того, что у Туманова есть дети. Двое детей. И я не знаю, как сказать, но мне почему-то обидно. Нет, это не связано с… просто…

Боже, столько лет прошло. Кто сказал, что он будет жить монахом и страдать по мне? А у него вон, дети. Жизнь кипела, оказывается.

Так, стоп. Если есть дети, то должна быть и мама?

Ярослава

Я готова встать и пойти за ними. Желательно расспросить их отца… Но понимаю, как это глупо будет выглядеть. Да и сил нет. И болит все тело. Словно по мне каток прокатился. Туда-сюда, туда-сюда. Откидываюсь на подушки и закрываю глаза.

У него двое детей.

Это более чем просто странно. Он уже не тот Макс Туманов.

— Разбудили? — в комнату открывается дверь и в образовавшемся проеме появляется голова Максима.

— Да нет, — пожимаю плечами.

— Как себя чувствуешь? — открыл дверь шире и показался во весь рост.

Он в домашнем. Таким я его никогда не видела. Брюки с футболкой и волосы взъерошены, а в руках кухонное полотенце.

Веду носом. Вкусно пахнет.

Мой живот издает характерный звук. Жутко неудобно.

— Есть хочешь? — его губы тронула еле заметная улыбка.

— Угу, — кажется, я краснею.

— Пойдем, мы как раз собирались ужинать, — приглашает.

— Вы? С детьми? — не готова я снова с ними встречаться.