Книга Его строптивое счастье, страница 15 – Анна Мишина

Выезжаю с одним лишь желанием — побыстрее высадить этого павлина.

Ярослава

— То есть ты считаешь это нормальным? — отец вышагивает по моей кухне.

Накануне перед выходными ко мне приехал мой дорогой родитель.

Да, я знаю, что поступила неправильно. Но признаваться не собираюсь. И вообще, как он узнал?

— И чего ты молчишь? — рявкнул папа, остановившись напротив меня.

— Чай стынет, садись, — беру чашку в руки и делаю глоток, обжигаясь. Черт.

— Яр, ты издеваешься? — сверлит меня взглядом серых глаз. Ноздри раздуваются. Злой. Давно я его таким не видела.

— Как ты узнал? — мой голос спокоен. Я не хочу скандалить.

— Вот, — вытаскивает из внутреннего кармана конверт. — Штраф пришел с фотофиксацией.

Вынимаю письмо из конверта. Фото. И правда я. Усмехнулась.

— Хорошо вышла, — брякнула.

— Нет, ты невыносима. Как и была, ничего не изменилось. Я думал, с возрастом хоть что-то у тебя в голове перестроится, но ты же все равно делаешь все на свой лад, — продолжает ругаться, но уже не так активно и громко.

— И что теперь? — пробую еще раз отпить чай.

— Ключ, — хлопает по столу.

Я достаю брелок из кармана брюк и кладу перед ним.

— Будет у тебя нормальный и ответственный водитель, — берет ключ и поднимается со стула. — Этого уволил к чертовой бабушке, — добавил. — А твоему кренделю вставил бы по первое число, где он шляется, когда ты одна за рулем? — свел брови. Вижу, как дернулся глаз у него. Довела.

Он развернулся и пошел к выходу.

— Пап, а чай? — иду следом за ним в прихожую.

— Настроения нет. Яр, — поворачивается ко мне. — Я же как увидел, меня чуть инфаркт не тяпнул. Ну что ты меня не бережешь? А Лариса как переживает. Так нельзя, — его голос звучит мягко. Так, как всегда.

— Вот и езжай к своей Ларисе. Привет ей от меня, — разворачиваюсь и возвращаюсь на кухню.

Слышу, как отец, выждав немного, обувается и, взяв с вешалки свое пальто, выходит, закрыв тихо дверь.

Как бы он на меня ни злился, никогда не хлопнет дверью. Только что орал и тут же само спокойствие. Контроль над эмоциями у него ого-го. Мне еще учиться и учиться. Хотя сейчас, кажется, справилась.

Отставила чашку с недопитым чаем. Горячий. Не могу.

Да, он прав. Я поступила глупо. Иногда брала машину и ездила сама. Отпускала водителя. Да, без прав. Да, по-дурацки вышло. Но я умею водить. Умею. И никого не подвергла опасности. Меня даже ни разу не остановили. А тут чуток превысила.

Кидаю взгляд на фотку.

Блин.

Ну кто виноват, что отец запретил получать мне права? Ни одно отделение не выдаст нужный мне документ, как бы хорошо я ни сдала экзамены. И что мне делать? Этот его “загон” не дает мне жить полноценно. Машина есть, ездить не могу.

Новый водитель, новые проблемы. Но ничего. И с этим разберемся.

С такими мыслями я выходила утром во вторник из дома.

— Да брось ты переживать, — подбадривал меня Алекс все утро.

— Ты едешь? Твоя машина долго будет на ТО? — интересуюсь.

— Нет, слушай, чуть позже на такси подъеду. Вроде ничего срочного, — отмахивается. — А свою завтра смогу забрать. Парни вроде сказали, что можно вечером. Но у нас с тобой планы были, — улыбнулся, подошел со спины и обнял за талию. Поцеловал в изгиб шеи.

— Надо бы в офисе тебе показаться. А то сотрудники скоро забудут, как ты выглядишь, — развернулась в его руках. Заглянула в глаза.