Книга Прошла любовь?, страница 46 – Галина Осень

Вырвалась и быстро ушла в свою спальню. А у Тимофея теперь здесь, в городской квартире, места не было. И Маша слышала, как через некоторое время хлопнула входная дверь. Ушёл.

Даже уйдя в свою комнату, Маша не прекратила мысленный разговор с мужем. Как так у него легко получается?! Изменил, обидел горькими словами, жил с другой женщиной, сам предложил разъехаться(!), и теперь на голубом глазу говорит о случайной ошибке и желании вернуться! Она, Маша, не представляет как это возможно!

С другой стороны, Тимофей прав она его ещё любит. Невозможно выдернуть из сердца сразу пятнадцать лет брака, счастливой жизни, как думала Маша. Да и Ромка всё равно тянется за отцом, как бы там ни было.

Маша вздохнула и села на кровать. Сна не было ни в одном глазу. Мысли разбегались в разные стороны, и она на самом деле не знала, как поступить: простить и постараться забыть или окончательно разойтись уже через суд, раз Тимофей не хочет разводиться добровольно.

Не заметила как сами собой закрылись глаза, тело завалилось набок, и в такой неудобной позе Маша проспала всю ночь.

Тимофей, выйдя из городской квартиры, направился к родителям. В последнее время он начал остро ощущать и понимать, как отдалился от них. Как сиюминутные желания, хотелки, работа закрывали от него не только свою семью, но и родителей. А ведь раньше они с Машей и Ромкой часто бывали у них, оставаясь иногда на все выходные. Была теплота родного дома, близость родных людей. Куда всё делось?! И рад бы вернуть, да получится ли?!

— Ну, как там Маша. Ромка? Успокоились? — встретил его отец.

— Да, всё в порядке. Ромка спит уже, Маша тоже, наверное.., - Тимофей устало опустился на кухонный стул.

— Тимоша, сынок, так ты хочешь обратно с Марией сойтись? — мать поджала губы и неодобрительно глянула на него.

— Не знаю, мам… Я бы не против, но, думаю, Маша меня не простит.

— Не простит?! — всплеснула руками Нина. — А не много ли она на себя берёт?! Подумаешь, царица! Ну сходил мужик налево, так сама виновата! В работу свою упёрлась, а мужа и сына без внимания оставила. Тоже мне бизнесменша, — презрительно выплюнула сквозь зубы.

— Ну-ну, Нинок. Ты что-то разошлась, — примирительно поднял руку Илья. — Маша у нас — отличная сноха, почти дочь нам. Вон какая красавица и умница, хозяйка отменная, внука нам какого родила! Чего уж ты, мать?! Тимка сам виноват. Такую женщину потерял.

— Какую такую?! — взвилась Нина. — Какую такую?! И почему я опять — мать?! Все бабы такие: варят, парят, стирают, детей растят! Ничего особенного нет в твоей любимой Машке!

Нина раздражённо поджала губы и свирепо зыркнула на мужа. В последнее время из-за семейной жизни сына, они сломали уже немало копий. Илья стоял на стороне Маши и внука, а Нина — твёрдо за сына.

— Я тебе так скажу, сынок, — Нина наставительно ткнула в Тимофея пальцем. — Если твоя жена не идёт на мировую — не надо! Этого добра кругом навалом. Свистни и любая прибежит. А Машка пусть потом локти кусает.

Илья только головой покачал, но говорить ничего не стал. Устал воевать с женой, да и не хотелось лишних скандалов. Так-то они с Ниной жили мирно, кроме вопроса о снохе. Правда, Илье было совсем непонятно, откуда у Нины такая неприязнь к Маше?

Тимофей мать не слушал. Слова её доносились до сознания как сквозь вату. Но он и так знал, что мать спит и видит его развод с Машей. И перебрала уже не одну кандидатуру в невесты. Вот с Загребной промашка вышла. Тимофей знал, что мать договаривалась с Ксенией о какой-то вечеринке, на которой хотела их свести. Однако из-за последних событий это всё не удалось. И теперь мать быстро сменила опороченную кандидатку на дочь своей соседки. Как доложил Сергей, который отслеживал действия Нины Николаевны, означенная дочь работала врачом в поликлинике, помогала матери в огороде, была тихой скромной, и поэтому лучшей заменой Марии, по мнению матери.