Книга Прошла любовь?, страница 35 – Галина Осень

— Ну и какого хера, дорогая?! Зачем ты втирала моей жене о беременности? И не только моей жене, своему отцу тоже. Или он в курсе твоей дурацкой аферы? Неужели ты надеялась, что я не проверю такую информацию?!

— Зато нервы потрепала. — зло бросила Ксения. — кстати, твоя жёнушка вообще плевала на мои слова. Даже не поморщилась, узнав про беременность от тебя! Вот это у вас любовь!

Тимофей только зубами скрежетал. Представил, как Маше было плохо, но она же никогда не покажет своих настоящих переживаний.

— В общем так, тварюшка. ты мне надоела, — с угрозой прошипел Тимофей. — У тебя есть двадцать четыре часа, чтобы покинуть этот город и никогда сюда не возвращаться. Не успеешь — пеняй на себя! В клубе Марата всегда есть вакантные места.

Он оставил Ксению в клинике, не маленькая — сама доберётся, и вернулся на парковку. Теперь надо было решить судьбу самого Загребного. А. значит, заручиться поддержкой губернатора.

Только не видел, с какой ненавистью смотрела ему вслед женщина.

* * *

Ромка испереживался весь за эти дни. После того как отец спас их из лесного дома, рома думал, что родители помирятся. Он, конечно, понимал мать: измена — это предательство и всё такое, но теперь всё изменилось! Отец делом доказал, что горой стоит за них и никакие блонды длинноногие ему не нужны. Он хочет вернуть семью — это яснее ясного, а мать упирается!

Да Ромка сам эту стерву лядскую презирал и готов был разорвать, но теперь, когда отец порвал с Загребной, мать могла уже и простить его. Невозможно же так долго злиться! Вот Ромка на отца уже не злится. Не может.

— Как их помирить?! — вырвалось у мальчишки. — Заболеть что ли? Или сбежать?

Нет, мать совсем с ума сойдёт, а отец потом ещё и леща может отвесить. Мало не покажется, рука у него тяжёлая. Рома присел на лавку, бросив рюкзак рядом, и опустил голову. Домой не торопился.

— О чём так интенсивно думаешь? — насмешливый женский голос рядом заставил поднять голову.

— Ты?! Чего надо?! Вали отсюда, подстилка херова!

— Фу, как грубо, — Ксения даже не подумала уходить. — Парк — общественное место, не ты один можешь здесь гулять. Это, во-первых. А, во-вторых, предлагаю объединиться. Ты ведь хочешь, чтобы мать вернулась к отцу?

— Не твоё дело, чего я хочу! Ну допустим…

— Я могу помочь. Например, признаюсь, что никакой беременности нет, и не было.

Открывая этот факт, Ксения ничем не рисковала, рано или поздно Тимофей сам рассказал бы жене об этом.

— А твоя выгода в чём? — Ромка недоверчиво уставился на любовницу отца.

— Очеь большая. Я хочу, чтобы Поливанов отстал от моего отца. Думаю, если ваша семья воссоединится, то ему будет уже плевать на нас.

— А почему через меня? — продолжал не верить Ромка.

— Скажу честно, потому что ни Тимофей, ни тем более Мария со мной разговаривать не будут. Но я предлагаю тебе не просто слова. Мы с тобой заключим настоящий договор на бумаге. С подписями, чтобы без обмана. Я тебе доказательства, что не беременна, ты мне — обещание передать их матери. Я, знаешь ли. Тоже хочу быть уверена в твоей порядочности.

Ксения умолкла, боясь переборщить, передавить и внести сомнения. Всё-таки пацан ещё слишком мал и может не поверить.

Ромка между тем замер, обдумывая странное предложение. Вроде всё честно говорит, эта выдра. Рома сам слышал, что отец резко наехал на Загребного и грозился закатать того в асфальт. И мать, если узнает, что Загребная не беременна от отца, может пойдёт навстречу и простит его. Но…