Книга Остров (не) везения, страница 24 – Галина Кор

— Петь, подержи сумку я в туалет заскочу.

— Иди, отлей, может потому и злая, что моча в голову бьет, — разворачиваюсь, а он берет и шлепает меня по попе, что-то Петра пробило на телячьи нежности.

Сделала свои дела, помыла руки и выхожу в коридор. Нежданчик, Кирилл о чем-то разговаривает с Петром. При этом вид у Кирилла злобный, а Петька, как всегда, на позитиве.

Петька опять прикладывается к мои губам, блин, обнимает и ведет к выходу.

— Что он от тебя хотел? — спрашиваю Петьку, как только мы отходим на приличное расстояние от Кирилла.

— Да странный он, спрашивал, как это быть вторым? А что надо сделать, что быть первым? Он вообще кто?

— Как оказалось мой препод, — говорю и сажусь в машину. Петя занимает место водителя. Ему можно доверить многое, он хоть и придурок, но друг детства, и в серьезных вопросах на него можно положиться. Это его на острове что-то накрыло, а так, он, обычно, адекватен. Ну, насколько это позволяет его раздолбаистое отношение к жизни… — Петь…

— Оу? — он поворачивает голову в мою сторону.

— Это я с ним на острове… Ну, ты… понял.

Петя с минуту пялится на меня.

— А, так вот чего его плющило и колбасило! Тупо ревнует. Не, ну че…, нормальный вроде мужик. А я второй, типа потому, что он у тебя был первый?

— Какой ты сообразительный!

— А разве с преподами мутить можно?

— Я с ним не мучу. Ты забыл, что он меня одну оставил. Я его игнорю. И он всего на один семестр. Он так-то капитан, в Следственном Комитете.

— Тю, капитан. — Приподнимаю одну бровь. — Ладно, не сержант и то хорошо. Помучать надо, конечно, но мне кажется, что как-то ты не так все поняла… А он что говорит?

— До открытого выяснения отношений и высказывания претензий дело не дошло.

Я прямо слышу, как скрипят шестеренки у Петьки в голове. Сейчас что-то выдаст.

— Не, ну я, походу, так вообще красавчик. Он увидел во мне конкурента и теперь обязательно будет тебя добиваться. Я ж как этот… Купидон, во! Чисто все на интуиции…, - заводит машину, — гарантия результата — сто процентная, — и так резко стартует, что меня откидывает на сиденье.

— А ты чего вообще приехал? — задаю тот вопрос, которые интересует с момента открытия двери Петром в аудиторию.

— Та батя твой попросил привезти тебя, они там шашлыки замутили с мужиками.

— Ясно. Петь, а Петь, ты мне друг?

— Че надо? Если еще для достоверности наших отношений нужен половой контакт, то я за.

— Мечтай. Мне надо в общагу заехать. Она здесь по пути.

— А что там в общаге?

— У нас студентку убили с третьего курса экономического, хотела с ее соседками по комнате поговорить.

— А тебе больше всех надо?

— Я в следственной группе, если что!

— Да боже ты мой! Заценили-таки мега мозг Киры Золотаревой!

— Так заедем?

— Ой, Кира, как тебе откажешь… У тебя ж рука тяжелая…

Через пару минут машина останавливается возле входа в общагу.

— Я с тобой пойду.

— Зачем?

— За шкафом. Знаю я эти общаги, тут одни извращенцы тусуются.

— Раз ты на моей стороне, значит главный извращенец сегодня отсутствует и девки в общаге могут спать спокойно.

— Очень смешно. Я, между прочим, переживаю за твою худосочную жопку сорокового размера.

Иду, бурчу себе под нос и посылаю Петра только по мне известному адресу.

На вахте сидит Гитлер. Не живой, конечно, и даже не фото, а просто тетенька со взглядом человека, склонного к психическим заболеваниям, агрессии, рукоприкладству и, я уверена, что в полнолуние она превращается в оборотня. И да, у нее черные коротко стриженые волосы, челка на одну сторону и пушок черных волос над верхней губой.