Онлайн книга «Взгляд из прошлого»
|
Мне легче, чем остальным. Как говорят: «Кто служил в армии, в цирке не смеется», а я, в свои двадцать три, успел и отслужить и побывать в плену… Самое обидное, что срок моей срочной службы подходил к концу, еще каких-то пару недель и я был бы дома, но судьба посчитала, что мне надо преподать урок… Жестокий, безжалостный и такой бесчеловечный… Я видел смерть друзей, людей, с которыми делил кусок хлеба, просто неизвестных мне женщин и детей… Война стерла границы дозволенного, но не стерла их лица из моей памяти. Мы едем на бронетранспортере по улицам разрушенного города. Вокруг одни руины — дома, магазины; части сгоревших машин, разорванные в клочья танки, запчасти которых разбросаны на десятки метров, даже обгоревшие тела солдат, которые не успели вылезти из горящей техники. Взрыв, наш бронетранспортер подлетает и мы, сидящие на нем, разлетаемся как тряпичные куклы в разные стороны… Звон в ушах, открываю и закрываю глаза…, надо мной склоняет голову боевик и что-то говорит, закрываю глаза — все темнота засосала меня… Просыпаюсь, за окном уже светло. Глянул на часы, восемь утра. Лежу и думаю, почему мой мозг опять достает эти события из старых ящиков памяти… Я давно стер их, забыл, отбросил как ненужный балласт. Почему они, почти через двадцать лет всплывают во снах и так сумбурно, рваными кусками, без определенной последовательности? Что я должен вспомнить? Или это какой-то новый способ саморазрушения? Довести себя до психушки и встретить старость в комнате с желтыми стенами? Шлепаю босыми ногами по полу и иду в ванную комнату. Глянул в зеркало. В отражении вижу довольно-таки не старого мужчину, как говорил Карлсон, в самом расцвете сил, мне только сорок три, а глаза…, глаза девяностолетнего старика, который прожил жизнь… Что со мной не так? В какой момент я превратился в одиночку? Вот сейчас стою и думаю: «Хотел ли я когда-нибудь семью, детей, большой дом с зеленой лужайкой»? Не помню… Зато, сука, помню морду боевика, который склонился надо мной. Кинул в зеркало полотенце и пошел на кухню. Надо выпить кофе… Открываю дверь и застываю на пороге, как статуя… Алиса в моей футболке, в ушах наушники, она что-то готовит и при этом пританцовывает… Поджал губы и, что? Пытаюсь дать оценку, нравится ли мне то, что женщина хозяйничает на моей кухне? Конечно, у меня были женщин — разные, много, и никто не задерживался в моей жизни на столько, чтобы готовить мне завтраки, обеды, а тем более ужины на постоянной основе. Они приходили, уходили, кто-то оставлял след в моей душе, кто-то закрывал дверь и исчезал, что из жизни, что из памяти — навсегда. Делаю пару шагов и заглядываю через плечо Алисы. Она напекла стопку блинов, а теперь мешает творог для начинки. Тяну один блин, за что получаю легкий шлепок по руке. — Эй, — говорю ей, — не жадничай… — Садись за стол, сейчас все поставлю и ешь на здоровье, — вынимаю наушники, подталкиваю Глеба к столу. — Какой кофе будешь? — Американо, — отвечаю Алисе, усаживаясь на стул. Она быстро передвигается по кухне, такое чувство, что живет здесь длительное время. — И часто ты хозяйничаешь на чужих кухнях? — На секунду она подвисает и закусывает губу. — Прости, если влезла не на свою территорию, — как объяснить человеку то, что жить мне осталось не так уж и долго…, я давно перестала обращать внимание на то, как это выглядит со стороны, удобно это или неприлично. Я делаю так, как делаю. Ставлю все на стол и сажусь напротив него. — У меня не так много времени…, - осекаюсь, нет не надо ему рассказывать, это лишнее. Никому нельзя верить. |