Книга Пособие обольщения от умной дуры, страница 76 – Галина Кор

Хлопает ладонями по коленям, будто очнувшись, резко встает и говорит:

— Собирайся, пошли.

— Куда?

— Тебе это принципиально знать? — а я и задумываюсь. Правда, какая разница? Все равно не пойду… — Маша, лучше не перечь мне. Я на взводе, если сейчас психану, разнесу все тут к хуям, — говорит тихо, но чувствуется в сказанном мощь и боевой настрой.

— Ладно, — поднимаю руки вверх, сдаюсь, — брать-то хоть что с собой.

— Веревку и мыло! Блять, Маша, что здесь можно взять? — обводить руками комнату. — Самое ценное, что отсюда можно вынести — это труп таракана, и он уже на подошве моего ботинка! Себя бери, себя! — довела всё-таки мужика до срыва. Кричит, бедненький, аж вены на лбу вздулись. — Надень хоть что-то, и на выход. В восемь, мы должны быть на новогодней сходке в мэрии.

— Сходке? — я уже встала с кровати и натягиваю джинсы. Сегодня не решаюсь с ним спорить, видно не все так гладко в жизни начинающего депутата…

— Ну бал… Скоро Новый год, у важных людей корпоратив. Мне надо быть там, — кидаю на него взгляд. Он должен быть там, а я? Я вопрос не задаю, но он отвечает, будто читает мои мысли. — С дамой, Маша, а так как другой дамы у меня пока нет, то ты будешь играть ее роль. Ходить тенью, молчать и улыбаться. Понятно?

Поворачиваюсь к нему лицом, натягиваю на лицо улыбку, репетирую.

— Такую? — спрашиваю сквозь зубы не переставая улыбаться.

— Можешь не улыбаться… С такой улыбкой у тебя лицо становится придурковатым. — Надеваю верхнюю одежду, а Костя натягивает мне на голову шапку, заботливый какой… — Готова? На выход.

Закрываю комнату и следую за ним. Спускаемся. Проходим мимо поста. Григорьевна резко поднимается, как солдат в карауле, только честь не отдает и смотрит на нас во все глаза. Костя на нее — ноль внимания. Комендантша смотрит на меня, ожидая хоть какого-то пояснения… А я же «добрая душа»… провожу большим пальцем по горлу, поворачиваю голову на сторону и вываливаю язык. Клавдия Григорьевна охает и хватается за сердце. Надеюсь, она не спишет меня, как потерянную боевую единицу и не выселит из общаги? Шутки-шутками, но на улице зима. Поэтому решаю вставить:

— Я вернусь, — звучит с оптимизмом.

— Веселее, — Костя открывает дверь, пропускает вперед, подгоняя.

Куда-то едем. Не решаюсь спросить куда. Чтобы занять мозг и руки, тереблю шапку. Костя начинает разговор первым.

— Сейчас переоденемся и в мэрию. Вещи уже готовы, визажист быстро приведет тебя в порядок и полетим дальше. Нельзя опаздывать.

Почему я не умею держать язык за зубами? Это бы значительно облегчило жизнь и мне, и окружающим.

— Почему ты не пригласил Альбину, или как там ее… — должно было прозвучать ровно, но получилось с претензией.

Костя смотрит мне в глаза, на лице появляется гримаса бешенства, она уродует его красивое лицо. Секунда, он громко вздыхает, пытаясь взять себя в руки, потом откидывается назад и чуть съезжает вниз по спинке кресла. Устало проводит рукой по лицу, будто пытается снять с себя навалившийся груз. В авто становится так… напряженно от общей тишины.

— Женя, — бедный водитель аж вздрагивает, услышав свое имя, — напомни-ка мне… номер статьи «За нанесение тяжких телесных…».

— Сто двадцать первая, от 5 до 8 лет, — Женек вжался в кресло, стараясь слиться с ним воедино.