Книга Пособие обольщения от умной дуры, страница 43 – Галина Кор

— Сссс… — шиплю. Зарываюсь руками в его шевелюру и притягиваю его сильнее к себе.

— На кого ты работаешь? — слышу совершенно неуместный и глупый вопрос. Сначала даже подумала, что показалось? Зачем ему это? Но потом он повторяется и мне прилетает болезненный шлепок по правой булочке. Чувствую, как она краснеет от «пощёчины».

— Эй, ты чего? — выплываю из блаженства, чтобы посмотреть на злостного обломщика. Я понимаю, что он не шутит, уж больно зубы у него скрипят… и желваки ходуном. — Это так важно знать тебе? Прямо сейчас?

— Вопросы задаю я, а отвечаешь ты, — гладит мою пострадавшую подружку по «щечке», а потом сжимает. У меня ответная непроизвольная реакция, сжимаю его плечи своими руками, которые там пристроила, чтобы не потерять равновесие. — На кого ты работаешь? — рычит как лев.

— Ладно, — пожимаю плечами, — не психуй, успокойся, — принимаюсь резкими движениями гладить его плечи, — раз тебе это так важно, я отвечу. Я работаю в «GlobalLogic» 3D — визуализатором. Но туда депутаты не требуются, — зачем-то добавляю.

Взгляд его становится совсем не добрым и мне снова прилетает по булочке.

Меня это совершенно не устраивает. Игры играми, а «имущество» портить никто не разрешал. Наклоняюсь к нему практически нос к носу и говорю:

— Ещё раз шлепнешь, дам сдачи, и не посмотрю, что ты большой дядька.

Он ошарашен! Нет, сбит с толку! А может просто очешуел… Смотрит пару секунд, а потом запрокидывает голову и начинает хохотать. Прямо до слез.

— Маша, — первое слово, после гомерического смеха, — ты или реально не понимаешь, с кем ты разговариваешь и что ты натворила, или полная дура.

— Ну, про дуру — это спорно… А вот что я натворила, прямо интересно послушать. — Подперла бы щеку рукой, но боюсь не удержать равновесие, поэтому продолжаю держаться за него, как за спасательный круг… который сдувается и норовит меня притопить.

Маша

Снова надевает на лицо маску злого дядьки.

— Кто тебя послал в мой дом и зачем?! — свирепый взгляд Константина умножает меня на ноль.

— Никто. Сама пришла, — и тут меня осеняет, — а что, что-то пропало? — Возможно, кто-то из девочек что-то взял без спроса, а он думает на меня. Но я-то знаю, что ничего не брала, поэтому принимаюсь оправдываться, как умею. — Если ложечки серебряные пропали, или канделябр старинный, то это не я! Клянусь, не 3,14-здю.

— Что? — брови взлетают вверх. И тут я понимаю, что он ни черта не понимает. — 3,14… что?

— Ну… это у нас математиков, чтобы не выражаться… 3,14 — это Пи.… а здю — это окончание к Пи.

— Маша, — говорит устало… трет рукой лицо, и хочет послать меня в Пи… только зду… посыл уж очень явно чувствуется. Сдерживается. Уважаю, — откуда ты свалилась на мою голову? — надеюсь, мне не нужно отвечать на этот вопрос. — Просто ответь, зачем ты пробралась в мой дом и по чьей указке.

— Да не по чьей! — возмущаюсь. Типа у меня ума не хватит, чтобы самой что-то придумать. — Ты мне понравился и я… сымпровизировала, — волшебный взмах руки.

Смотрит на меня и молчит. И это молчание давит.

— Даю тебе последний шанс, если ты расскажешь правду, сдашь заказчика и его цели, то я… отпущу тебя целой и невредимой, — говорит грозно.

Нет уж, в одном конкретном месте мне не требуется целостность, думаю про себе. Неужели у него ничего не екает при виде моей наготы. Опускаю глаза вниз… бугорок на месте. Немного расслабляюсь и успокаиваюсь. Всё ещё теплится во мне надежда на «нескучный вечерок».