Книга Хочу влюбиться..., страница 60 – Галина Кор

— Мне очень дорога София, но здесь я не знаю всех рисков. Это ваше решение, вы прекрасно знаете, что месть рождает месть.

— Ты не поверишь, но я устал. Устал думать, как бы сложилась моя жизнь с Леей. Может я имел бы один ларек и семерых детей, но был бы счастлив. А у меня на счету сотни миллионов, а они мне нахер не сдались. Как только я что-то узнаю, позвоню.

— Спасибо.

— Пока, не за что.

Прощаемся. Еду обратно в дом к отцу Сони. Рассказываю все Руслану и его отцу Сергею, который поиграв желваками сказал, что ждать помощи от подобного рода людей не стоит. И что мне не следует общаться с такими людьми вообще. Как будто я ему не дом собирался продать, а партию оружия или секретные материалы передать. Детский сад.

Лично я готов поверить даже черту, лишь бы снова иметь возможность обнять Соньку.

София.

Боже, я беременна. Мои месячные были точны, как швейцарские часы. Как начались в тринадцать лет, так и приходили все эти годы ровно через двадцать восемь дней. Ну, кроме того момента, когда я была беременна Тимуром.

И сейчас я понимаю, что задержка больше недели. Вот я дура. С мужиками дерусь, на собак бросаюсь. Ребенок, тебе досталась такая непутёвая мамаша…

Следующие несколько дней я была выбита из колеи. Энергия на минус нулевом уровне. Сижу и пялюсь о окно. Пару раз заглядывал Андрей, пытался заговорить со мной, но я его не слушала.

На второй день моего молчания пришёл Глеб. Стал в дверях, оперся о дверной косяк, а руки сложил под грудью.

— Это новая тактика какая-то? То ты, почти в прямом смысле, убиваешь своей активностью, то полный игнор? Милая, ты часом не приболела?

— Нет.

— Нет и все?

— Да, нет и всё.

— Ты меня пугаешь. У тебя есть план побега, ты роешь подкоп, даже не знаю что ещё можно в данных условиях?

— Нет. Я просто сижу и пялюсь в окно.

— Ясно. Конструктивного разговора не будет, — и я это подтверждаю молчанием. — Сегодня приезжает Ахбаров-старший со своим другом. Он просил, чтобы ты спустилась к ужину.

Вот это удивил. Разве пленников выставляют на всеобщее обозрение?

Видно прочитав немой вопрос на моём лице, Глеб решил все объяснить.

— Ты, не заложница, а гарант. Поэтому, Ахбаров считает, что прятать тебя нет смысла. Кто надо, тот и так знает, что ты у него… в гостях.

— Даже так… И много высокопоставленных лиц в этом замешано?

— Достаточно. Пойми, твой отец не вершина системы управления. Там люди на много выше стоят.

— И чем мне вас сегодня радовать. Песни, пляски, театральная постановка…

— Когда ты огрызаешься, ты нравишься мне больше…, чем в молчаливой печали.

— А вы мне все не под каким соусом не нравитесь.

Глеб подошёл ко мне, сел рядом на подоконник.

— Сонь, все пройдет. Вернешься домой, твой принц весь уже извелся, — я улыбнулась своим мыслям. Скучает, моя прелесть. Я потом с него не слезу, сначала убью, за то что кончил в меня, а потом зацелую. — Будешь жить, как раньше…

— Как раньше уже не будет никогда, — печально протянула я.

— Одень платье и приведи себя в порядок. В восемь спускайся в столовую, — Глеб встал и ушел.

София

На зло всем врагам решила блистать. Ссадина на скуле после удара Андрея затянулась и почти не видна. Открыла шкаф. На кой черт столько вещей, они решили оставить меня на вечное содержание или, чтобы не бузила и не причитала, что надеть нечего. Такое чувство, что у меня есть возможность каждый день выгуливать наряды. Собаки и так на меня внимания не обращают, охранники же заметят изменения в моем внешнем виде только если я буду ходить голой.