Книга (Не) в активном поиске, страница 46 – Галина Кор

— Чудной ты парень, Максимка, — говорю задумчиво, — и с каких это пор у нас курьеры одеваются в брендовых магазинах?

— Так я ж не себе, — качаю головой, подвергаю сомнению его пояснение. — Аня, вот честно, ты единственная девушка в моей жизни, которая упирается ногами и руками, лишь бы сберечь мои деньги. Посмотри на это с другой стороны… по моей вине ты не купила себе платье, пусть его цена станет мне наказанием.

Правда, чего это я? Раз Максим сам предлагает, значит он знает во что ввязывается.

— А пошли! — видно он был настроен долго меня уговаривать, а я так быстро согласилась, что от удивления он только открыл рот, и тут же закрыл.

— Эй, — окликает Макс, когда я уже уверенно слезла с мотоцикла и сделала несколько шагов по направлению магазина, — наверное, стоит все-таки снять с головы шлем… Так точно будет удобнее мерять платья.

Какая же я все-таки клуша… прямо бесценный кадр для анекдота.

Стоит мне только переступить через порог магазина, как весь мой настрой улетучивается. Я, не то чтобы чувствую себя инородным предметом в этом оазисе роскоши, я им являюсь. Движения дерганные и рваные, в носу появилась влага, которую хочется втянуть, шмыгнув, а тело почему-то стало чесаться в разных местах, будто блохи меня кусают…

Максим же чувствует себя органично. Может он работает еще и курьером в магазинах брендовой продукции? Доставляет онлайн покупки, например?

— Добрый вечер, девушки, нам нужно платье на корпоратив. Не слишком вызывающее, но и не вот это, — указывает он на обычное черное платье в пол, надетое на манекен.

Стало интересно посмотреть на ценник, сколько может стоить этот мешок… Ёеее-мое, это же из чего оно сшито? Из длинноволокнистого египетского хлопка, который выращивали в Дельте Нила африканские «мучачос», а собирали девственницы в полнолуние?

— Да, конечно, проходите в примерочную, — на удивление, девушка-консультант реагирует на нас ровно и с профессионализмом. Не кричит охраннику: «Выведи отсюда этих двух бомжей», а, наоборот, указывает, где расположена эта самая примерочная.

А потом и вовсе приносит три платья на выбор: черное, с притом — цветочное поле; красное шелковое, с замысловатым гипюровым декором на груди, украшенным стразами; и синие, без никаких прибамбасов, просто с красными вставками по всем швам: на рукавах, горловине, талии…

Надеваю первое. Шторка резко одергивается. Макс смотрит оценивающе.

— Фигня, снимай, такое чувство, что на этом поле кто-то уже валялся, блеклое какое-то, — шторка также быстро возвращается на свое место. Я даже воздух не успела в легкие набрать, чтобы возмутиться.

Высовываю голову и шиплю:

— Ты совсем, что ли?

— Нет, только чуть-чуть… Давай следующее… поторопись, как только купим, вот потом и выскажешь все, что обо мне думаешь, — посопела-посопела на него, да и вернулась к оставшимся нарядам.

Только дотягиваю молнию на платье вверх, снова шторка открывается и все тот же оценивающий взгляд. Он что, блин, прислушивается к звуку закрытия замка-молнии на платье?

— Лучше… но этот красный цвет слишком яркий, прямо вырви-глаз, он тебе не очень подходит. Следующее.

Да что же это за модный приговор-то такой! И прямо все обосновывает, аж противно! Послать бы его, но платье нужно, прямо кровь из носу.

Надев на себя номер три, успеваю первой одернуть шторку и предстать на суд.