Книга Осколки моей памяти, страница 9 – Эйрена Крокус

Было ужасно тяжело справляться с волнением, которое на меня нашло. Не поднимая глаз, смотрела на его шею, и на челюсть, которая была напряжена. Он боролся с собой. Я уверена, что он хочет меня поцеловать. Хочу ли этого я? Да хочу очень сильно. Но после его оскорблений, я буду держать голову высоко до последнего! Пока он не признает что я его привлекаю!

Легонько касаясь меня, он кладет мои джинсы на кресло, а затем снова осматривает меня. Поддевая мои волосы своими руками, перекидывает их, назад открывая доступ к голой шее.

Правой рукой хватает меня за талию, прижимая к своей груди. Что он вообще творит? Самое обидное, что я даже не могу пошевелиться, как будто приросла к этому месту. Уткнувшись носом в его плече, чувствую его возбуждения в области паха. О нет, я не позволю трахнуть меня в моем же кабинете. Сглотнув, решаю прервать наш контакт, отталкиваясь руками об его каменную грудь.

— Что ты себе позволяешь? Убери свои руки.

Как будто пришёл в себя, резко отходит и тяжело дышит. — Не провоцируй меня больше, плохо закончится! Одевайся и выходи. — Говорит он, покидая мой кабинет.

Что еще за новости? Сначала он меня отшивает, а теперь хочет. Да что с ним такое. Подхватив свои джинсы, аккуратно натягиваю обратно, беру ключи от кабинета и выхожу.

Он стоит, опираясь об стену, ждёт. Прокручиваю ключ, закрывая кабинет, и даю себе минуту, что бы хотя бы боковым зрением взглянуть на него. Красивый поддонок, ну я тоже не пальцем деланная. Я ещё сравняю счет.

— Вы идёте?

Оторвавшись от телефона, прищурившись, смотрит на мои ноги, которые уже упакованы в джинсы.

— У тебя красивые ноги.

Хм тоже мне ценитель прекрасного. А поздно, раньше нужно было меня оценивать.

— Не отвлекайтесь, вы же опаздываете.

На мои слова он только ухмыляется.

— На этаже восемь кабинетов, два туалета, и одна подсобка. Какой кабинет хотите увить первым?

— А сколько ты бы мне заплатила?

— Вы о чем?

— Я про поцелуй, ты предложила заплатить мне тогда. Так сколько?

Он серьезно? В какие игры он со мной играет вообще? Сейчас он такой же серьезный, как и в тот вечер, пугает такая его смена настроения.

— Я ляпнула, не подумав тогда. Всё? Так какой кабинет первым смотреть будете?

— Мне уже пора. Все потом. — Пихнув меня плечом, идет к выходу.

— Аккуратнее можно? У меня тоже есть свои дела, сами осмотритесь, раз не уважаете чужое время.

Резко застыв у двери, вижу, как сжимаются его кулаки, кажется, я погорячилась. Нужно было просто проигнорировать его очередной заскок.

— Какие у тебя могут быть дела? Трусами светить в офисе? Не смеши, иди, займись делом.

После чего толкнув дверь, исчезает за ней.

— Он что так и сказал? — Смеётся моя подружка Маша.

— Представь себе, сначала сказал, что б я его не провоцировала, а потом обвинил что я трусами свечу в офисе, якобы специально…

— Так, а кто он? Как его имя?

Черт я опять не узнала его имя. А он бы мне сказал? Сомневаюсь …

— «Неважно» его имя, — достав с холодильника вино, наполняю наши бокалы повторно.

— Подожди как неважно? Ну, мне интересно, скажи он, что Наполеон какой-то? — Смеётся подруга.

— Нет Маш, он тогда сказал что «неважно, «какое у него имя, он не представился. Самое смешное, что в кабинете я обратилась к нему «господин неважно» но он только посмеялся.