Книга Осколки моей памяти, страница 56 – Эйрена Крокус

Он соврал, что не общается с отцом, но когда мы были в доме за городом, он разговаривал с ним по телефону. Теперь мне понятно, что он хотел мне сказать. Но боялся, он знал, что после этого я не смогу быть с ним.

Что вообще происходит?

О чём он вообще думал, когда начинал со мной отношения? Зачем он появился в моей жизни?

Зачем он мне врал всё это время? Почему не сказал правду?

У меня к нему столько вопросов, но готова ли я услышать на них ответы после всего…

Неужели это конец?

Я так не хочу! Я люблю его, но сейчас мне так тяжело, особенно после того что я узнала. В горле просто застрял огромный ком обиды который не даёт мне дышать.

Мне нужно время, что бы разобраться во всём. Я думаю пока лучше поставить всё, что между нами на паузу.

Услышав, как разрывается мой телефон, я оттолкнулась от капота руками и подошла к сумке. Вынимая телефон на дисплее, отчетливо горело «Ромка» скинув вызов, я сразу отключила телефон.

Не хочу.

Не хочу его слышать, не сейчас.

Лучше дождаться, когда он вернётся.

Что делают с гонцом, принесшим плохую весть?

В Древней Греции гонцу, принесшему плохую весть, отрубали голову, поэтому долгое время в древней Греции вообще все было отлично! Может быть, если бы не энтузиазм Стаса было бы все хорошо? Размышляла я, лежа в своей кровати.

Вжавшись лицом в подушку, пытаюсь заглушить поток рыданий, но все без толку. Мне кажется, подушку уже можно выжимать, так как мне начинает казаться, что я скоро затоплю соседей снизу.

Сначала я злилась, потом обижалась и снова злилась, плакала и снова злилась, в потоке своей истерики я порезала ножницами постельное белье, на котором мы с Ромой, спали. Не знаю, что на меня нашло. Я никогда не пускала никого в свою постель, для меня это было табу, но он разрушил все те мои запреты, которые я для себя строила годами. Я злилась на себя, на него, на Стаса я ненавидела все вокруг.

Обессиленная своими истериками я завалилась на кровать, держа в одной руке телефон, а в другой ножницы.

— К черту все, — швырнув телефон под кровать, я наконец-то под рассвет я кое-как уснула, но ненадолго.

Меня разбудил звонок в дверь. Кого там принесло, мне было не понятно, я знала, что сейчас в таком состоянии мне не до гостей. Поэтому лежа на кровати, я плакала и смотрела в потолок и ждала когда тот, кто за дверью наконец-то перестанет терроризировать мой звонок и уйдет.

Как я поняла через минут двадцать, сдаваться мой посетитель не хотел, и я решила пойти открыть.

До дверей я дошла с трудом, перед глазами все плыло, в голове шум, ноги ватные я уже, и забыла, как это чувствовать себя снова слабой и разбитой.

— Ксюша боже ты жива, — залетая в дверь, Машка чуть не снесла меня своими объятиями.

— Да жива, а ты что тут делаешь? — Обнимая Машу, решила уточнить цель её визита.

— Мне позвонил Рома и сказал, что ты трубку не берешь. Я так испугалась и сразу же приехала к тебе. Почему твой телефон отключен? Его украли?

Запирая дверь за Машей, сталкиваюсь со своим отражением в зеркале. Я выгляжу ужасно. Огромные синяки, красные глаза, размазанная тушь, помятое лицо и волосы которые торчат в разные стороны.

— Никто не крал мой телефон, я сама его отключила. И вообще может, давай вечером встретимся Маш? — вытирая свою тушь под глазами, направилась на кухню.