Книга Осколки моей памяти, страница 20 – Эйрена Крокус

Но не всё так хорошо как кажется, как только моя сестра ушла болтать по телефону, вернулся тот Рома, которого я хорошо знала.

— Ты знаешь твоя сестра очень милая, в отличие от тебя чокнутая.

— Я уж была, подумала, что тебе перепрошили чип. Ну, знаешь… на нормальность.

— Ты помимо всего еще и язвочка?

— Ты можешь меня так не называть?

— Не могу, тебе подходит, и мне нравится, как ты пыжишься, когда я говорю чокнутая.

Увы, дать ему ответочку не успела, моя сестренка вернулась.

— Ксюша мама звонила, сказала, что сейчас меня заберёт.

— Хорошо сейчас я расплачусь, и подождем её на улице. Хорошо?

— Хорошо. Пока Рома, было приятно познакомится. — На прощание она даже его обняла и он ей ответил, было мило, но странно. Всё-таки со мной он так нежно себя почти не вел. Ну, то ладно, я, кажется, начала привыкать к его закидонам.

— Я сам заплачу, я же вас позвал в пиццерию, иди к сестре.

Не хотелось спорить, так как он был прав. Не попрощавшись, взяла сумку и направилась на улицу. Мама уже подъехала и ждала Веру. Попрощавшись с сестрой, поцёмала её в щечку, обняла, и она побежала к маме в машину.

Я думала мама выйдет поздороваться, она только кивнула мне головой, и уехала. Это в её стиле. Вот так себя вести, при каждой соре.

Услышав звук захлопывающей двери, узрела Рому, который пристально наблюдал за всем. Но на удивление промолчал там, где нужно. И на этом спасибо.

— Чего грустишь? Пошли сладкую вату куплю.

— Ты чего такой щедрый? Зарплату получил?

— У меня всегда есть деньги. И от зарплаты это не зависит.

Присев на лавочку наблюдала за Ромой. Вот вроде бывают моменты, когда он нормально может общаться, а потом как будто что-то перегорает в его системе, и возвращается тот грубиян, которого я повстречала впервые. Как понять его? Выждав момента, когда сладкая вата была готова, направилась к нему.

— Ну что выбирай синяя или розовая?

Тыкнув пальцем, с улыбкой выбрала розовую. — Спасибо.

Забирая с его рук сладкую вату, даже немного поднялось настроение. Он всё-таки может быть нормальным. Что не могло не радовать.

— Это малое, что я могу для тебя сделать. Это была твоя мать в машине?

— Да она.

— Давно вы не общаетесь?

— Как ты понял, что мы не общаемся?

— Я же не слепой, знаю все эти взгляды. У меня с отцом тоже проблемные отношения, мы уже пять лет не общаемся. Так что ты такая не одна. Не парься. Всё будет хорошо, вот увидишь.

— Мы не общались с мамой несколько месяцев, если сравнивать, то у тебя всё намного сложнее. Пять лет, это не месяцы. Расскажешь что случилось?

— Извини, не могу, давай в другой раз. Там всё сложно, и запутано.

Даже не думала, что у нас получится нормальное общение. Видимо тема с отцом, для него не очень приятна. Я не хотела настаивать, понимаю, что это такое.

— Слушай, мне пора.

Выкидывая остатки ваты, сообщил Рома.

— Дай угадаю! По личным делам?

— Ты не только чокнутая, но временами и умная.

Проведя ладонью по моим волосам, улыбнулся и пошел к выходу парка. Останавливать его было бесполезно, он бы всё равно ушел. Я же осталась доедать свою сладкую вату в гордом одиночестве.

Шесть недель назад.

— Рома вот то, что ты просил.

Положив личное дело Аксёновой Ксении Викторовны на стол, мой друг, а точнее начальник полиции Мартинов Станислав занимает место напротив меня.