Книга Забудь меня, страница 86 – Таня Поляк

— Ну наконец-то! — радостно вскрикивает бабушка. Я даже рот приоткрыла от удивления. — Ну что ты так смотришь? Я тут чахну! И ты тоже. Такой талант, а в этой дыре сидишь.

— Ба…

— Ну что я не так говорю? Мне нравится этот городок, не спорю. Можно сюда приезжать летом на отдых. По столице скучаю.

— А подруги твои?

— А телефон для чего?

— Тоже верно. То есть ты не против?

— Да я прямо сейчас готова собирать чемоданы!

— И ты не спросишь, что случилось?

— Спрошу, конечно. Но особого значения это не имеет. Главное, что мы возвращаемся домой.

Я рассказываю бабушке сокращенную версию произошедших со мной событий. Говорю ей только, что Алла написала на меня жалобу, папочка ее надавил на главного врача, поэтому меня хотели уволить, но я опередила руководство, попросив уйти по собственному желанию. Рассказала про предложение Вовы работать в его клинике, и что я его приняла. Про наши отношения с Арсением умолчала. Про Бойко Игоря тоже. Не хочу лишний раз волновать бабушку. Она хоть и храбрится, но в ее возрасте переезд — серьезный стресс.

Пообедав, иду в свою комнату. Я совершенно не выспалась усилиями Аверина, поэтому глаза слипаются. Ложусь в любимую кроватку и проваливаюсь в сон. Когда просыпаюсь, на улице ночь. Бабушка крепко спит в своей комнате. Иду на кухню. Достаю из холодильника недопитую бутылочку вина. Наполняю бокал. Тянусь к верхней полке, достаю пачку сигарет. Я курю крайне редко, когда накатывает. Сейчас тот самый момент. Бабушка, если и слышит запах табака, никогда не делает замечания. Я так, балуюсь. В привычку вводить не собираюсь.

Вспоминаю, что мой телефон отключился еще в ресторане. Бегу в прихожую, достаю мобильный из сумки, ставлю его на зарядку на кухне. Через пару мгновений включаю. Тут же прилетают уведомления о пропущенных звонках от Вовы, Эли и Аверина. От него больше сотни. Столько же сообщений от него. Вижу текст последнего: «Я — дебил. Ты же спишь». Дальше не читаю. Смахиваю уведомления. Заношу его номер в черный список. Я не готова общаться с ним сейчас. Мне нужно время, чтобы подумать, как себя вести дальше. Слабость, которую я позволила ранее, — непростительна. Мне так стыдно за себя! Подкуриваю сигарету, сажусь на широкий подоконник, приоткрыв окно.

Первая затяжка. Легкие приятно обжигает. Смотрю на звездное небо, полную луну. В моей жизни начинается новый этап. Я возвращаюсь в город, из которого убегала сломленной, уничтоженной, преданной. Как встретит меня Москва? Там ведь будет не только Арсений, но и Аллочка. Очень надеюсь, что слова Бойко Игоря о моей неприкосновенности правда. Это огородит меня от гнева Зотова Бориса. Я ведь перешла дорогу его доченьке. Тьфу ты. Не хочу про эту дуру даже вспоминать.

Вторая затяжка. Я вспоминаю годы разлуки с Арсением. Я прошла тяжелый путь и стала сильнее. Не знаю, что было бы со мной, если бы не поддержка друзей. Эля и вовсе стала моим личным психотерапевтом на первое время. Ей одной я рассказала о том, что со мной сотворили. Она боялась, что я совершу попытку уйти из жизни еще раз, поэтому вспомнила свое волонтерское прошлое, когда помогала девушкам, пережившим выкидыши. Не совсем моя ситуация, но суть одна — потеря малыша. То, что я сделал после — ошибка. Поступок на эмоциях. Я сама себя корю за слабость. С этим вопросом я смогла разобраться самостоятельно. Сложнее было с причиной моего поступка. Эля часами разговаривала со мной, не давала уходить в себя, не давала шанса возненавидеть себя, что не уберегла малыша. Она слепила мое сердце по кусочкам, подарила возможность жить дальше. Я ей буду обязана до конца жизни.