Книга Хулиган, страница 32 – Люси Дарлинг

— Звучит заманчиво. — Энджел выдыхает. — У меня никогда не будет такой роскоши. Не с моей семьей. — Она ерзает на стуле.

У меня такое чувство, что она не хочет больше говорить о своей семье. Я понимаю.

— Как думаешь, кто-нибудь еще придет?

Я оглядываю пустую библиотеку. Занятия в школе закончились двадцать минут назад. Несколько недель назад я записалась в книжный клуб, чтобы больше узнавать о себе. Мне нужно научиться быть более общительной, если я планирую поступить в колледж.

— Думаю, нет.

— Ну, я думаю, это значит, что мы будем только вдвоем. — Честно говоря, я не очень расстроена, что это будем только мы.

— И твоя тень. — Она наклоняет голову в сторону Николая.

Я разражаюсь смехом, но быстро прикрываю рот, вспоминая, что мы в библиотеке.

— Он не такая уж плохая тень, — признаю я.

— Так у вас, ребята, что-то есть?

— Не знаю. — Прикусываю нижнюю губу, размышляя, кто же мы такие.

Николай часто сбивает меня с толку. Даже его небольшие комментарии, например, о моей спортивной одежде. Этот комментарий до сих пор не выходит у меня из головы.

— Думаю, вы, ребята, очаровательны вместе. Противоположности как будто притягиваются. — Она берет книгу, лежащую перед ней. — Один из моих любимых тропов.

— Это хороший троп. — Беру у нее книгу и переворачиваю, чтобы прочитать на обороте.

Энджел начинает рассказывать мне об этом, и с этого момента наша беседа продолжается. Как только ты начинаешь говорить о книгах, ты уже не можешь остановиться. Только когда к нам подходит библиотекарь и сообщает, что они закрываются, мы понимаем, что просидели тут уже пару часов.

— Как мило, что он просто болтался рядом, пока мы обсуждали книги, и не жаловался, — говорит Энджел, пока мы собираем наши сумки.

— У меня жалоба. — Николай встает. — Тебе нужно поесть. Ты ничего не ела с обеда.

Я закатываю глаза, глядя на него, в то время как Энджел хихикает.

— Видишь, милый, — шепчет она мне.

Мы обменялись номерами телефонов, чтобы позже переписываться. Каждая из нас дала друг другу почитать книги, чтобы мы могли поговорить о них.

Это самое волнующее событие, связанное со школой, с тех пор как я поступила сюда. Приятно, что есть с кем поговорить, кроме моей сестры и Сэла. Я бы хотела, чтобы с Николаем все было так же просто. Чтобы он настолько расслабился, чтобы впустить меня.

— Хочешь перекусить по дороге домой или приготовить что-нибудь? — спрашивает Николай, когда мы садимся в машину.

— Я перекушу что-нибудь дома. Уверена, тебе есть куда сходить.

Николай никогда не задерживается дома. Это не должно меня беспокоить — это не мое дело, но это беспокоит. Он всегда знает, что я задумала.

— Заеду и куплю тебе что-нибудь, — говорит он, снова избегая моего комментария. Закатываю глаза и отворачиваюсь, чтобы посмотреть в окно.

— Я не понимаю тебя, Николай. Ты все это делаешь и говоришь мне, но каждый раз, когда я пытаюсь узнать тебя получше, ты от меня закрываешься. Не обращаешь внимания на мои вопросы. — Я планировала молчать с ним по дороге домой, но мое недовольство им, очевидно, взяло верх.

— Есть некоторые вещи, о которых тебе лучше не знать. — Я складываю руки на груди и не отрываю взгляда от окна. — Что бы ты хотела съесть?

— Не голодна. — Это не ложь. У меня скрутило желудок.

— Я выберу…